| В далекий край товарищ улетает, родные ветры вслед за ним летят, — говорила следователю девушка, прижимая руки к Да я вас и не считаю врагом, — следователь вынул из розет¬
ки остро отточенный карандаш и задумчиво постучал им по сто¬
лу. — Вы пока свидетель. Вот и продолжайте рассказывать все
начистоту. А главное — ничего не бойтесь.
Он погасил лампу, подошел к окну и отдернул плотную зеле¬ную штору.
За окном в синей утренней дымке таял любимый город.
— Уууу! Да уже утро. — Следователь потянулся, покачал кра¬
сивой головой: — Однако засиделись мы с вами. Утро... Посмот¬
рите, как оно красит.нежным светом стены древнего Кремля.
Девушка обернулась к нему. Лицо ее было бледным. Вокруг больших карих глаз лежали глубокие тени.
— Идите сюда, — не оборачиваясь, проговорил следователь.
Она с трудом встала и подошла к нему.
Он шагнул к ней, схватил за плечи и быстро поцеловал в губы. Девушка заплакала, уткнувшись лицом в его новый, хорошо проглаженный китель. Он потрепал ее по голове:
— Ну, не надо, не надо... Лучше скажи, что он сделал, когда
самолет вошел в штопор?
— Он... он открыл кабину и — и полетел. Как птица.
— Он махал руками во время полета?
— Да... махал, смеялся и пел «Широка страна моя родная».
— А потом?
— Потом его сбили зенитчики, — девушка затряслась в ры¬даниях.
Следователь понимающе кивнул головой и спросил:
— Ты сама видела?
— Да, он загорелся — знаете, черный такой дым пошел из ног.
— Черный дым... наверно, увлекался жирным?
— Да, он последнее время сало любил... Вот, загорелся и сразу стал падать. Быстро падать.
— А самолет?
— Самолет приземлился на Тушинском аэродроме:
— Сам?
— Сам, конечно — на то он и самолет...
— Понятно.
Следователь отстранил ее, подошел к столу и, облегченно вздохнув, распахнул красную папку:
— Ну вот, теперь все стало на свои места. Правда, я не сказал
тебе главного. Твой муж при падении проломил крышу на даче
товарища Косиора. Только по случайности не было жертв.
Девушка поднесла ко рту дрожащие руки.
Следователь размял папиросу, чиркнул спичкой: — Хоть ты мне и нравишься, я думаю, придется расстрелять тебя. Во-первых, потому, что муж и жена — одна троцкистско-бухаринская банда, а во-вторых — чтобы любимый город мог спать спокойно.
1. Каким образом, за счет чего создается содержание в расска¬зах В. Сорокина? Как вы думаете, в чем смысл рассказанного писателем в «Одинокой гармони» и «Жене испытателя»?
2. Можете вы утверждать, что рассказы В. Сорокина являются примерами постмодернизма в литературе? Если да, то на ка¬ком основании вы пришли к такому выводу?
И-176. «Что же такое Текст! Я не стану строить определения, так как это значило бы вновь очутиться в плену означаемого.
В том современном, новейшем значении слова, которое мы стремимся ему придать, Текст принципиально отличается от ли¬тературного произведения:
это не эстетический продукт, а знаковая деятельность;
это не структура, а структурообразующий процесс;
это не пассивный объект, а работа и игра;
это не совокупность замкнутых в себе знаков, наделенная смыслом, который можно восстановить, а пространство, где прочерчены линии смысловых сдвигов;
уровнем Текста является не значение, но Означающее, в се¬миотическом и психоаналитическом смысле этого понятия.
Текст выходит за рамки традиционного литературного про¬изведения; бывает, к примеру, Текст Жизни...» {Р. Барт).
1. Прокомментируйте то, как теоретик постмодернистской куль¬туры определяет текст. Как, к примеру, вы понимаете его те¬зисы о том, что текст - «это не эстетический продукт, а знако¬вая деятельность», «не структура, а структурообразующий процесс», «не пассивный объект, а работа и игра»?
2. О каком понимании литературного творчества, о каком отно-шении к нему постмодернистами свидетельствует приведен¬ное рассуждение? Встречалось ли вам в произведениях оте-чественных или зарубежных постмодернистов претворение на практике такого понимания текста художественного произ-ведения? Если да, расскажите об этих произведениях под¬робнее.
И-177. «Другой фундаментальный принцип постмодерниз-ма — отказ от истины. Разные философские направления по-раз¬ному понимали истину, но постмодернизм отказывается решать и признавать эту проблему — разве только как проблему языковой
игры... дескать, истина — это просто слово, которое означает то, что означает в словаре. Важнее при этом — не значение слова, а его смысл...» (В.П. Руднев).
1. Расскажите, как решалась проблема истины в классицизме или романтизме, реализме или модернизме? Можете вы согла¬ситься с тем, что постмодернистская литература «отказывает¬ся решать и признавать эту проблему»? Если да, то в каких про¬изведениях модернизма эта особенность проявилась, по ва¬шему мнению, наиболее ярко и последовательно?
2. Встречали ли вы в известных вам произведениях литературы постмодернизма понимание истины как проблемы «языковой игры»? Если да, расскажите о том, в чем сущность такого по-нимания истины. |
