| Недавно в нашей коммунальной квартире драка произошла. И не то что драка, а целый бой. На углу Глазовой и Боровой.
Дрались, конечно, от чистого сердца. Инвалиду Гаврилову последнюю башку чуть не оттяпали.
Главная причина — народ очень уж нервный. Расстраивается по мелким пустякам. Горячится. И через это дерется грубо, как в тумане.
Оно, конечно, после гражданской войны нервы, говорят, у на¬рода завсегда расшатываются. Может, оно и так, а только у ин¬валида Гаврилова от этой идеологии башка поскорее не зарастет.
А приходит, например, одна жиличка, Марья Васильевна Щипцова, в девять часов вечера на кухню и разжигает примус. Она всегда, знаете, об это время разжигает примус. Чай пьет и компрессы ставит.
Так приходит она на кухню. Ставит примус перед собой и раз¬жигает. А он, провались совсем, не разжигается.
Она думает: «С чего бы он, дьявол, не разжигается? Не закоп¬тел ли, провались совсем!»
И берет она в левую руку ежик и хочет чистить.
Хочет она чистить, берет в левую руку ежик, а другая жилич¬ка, Дарья Петровна Кобылина, чей ежик, посмотрела, чего взя¬то, и отвечает:
— Ежик-то, уважаемая Марья Васильевна, промежду про¬
чим, назад положьте.
Щипцова, конечно, вспыхнула от этих слов и отвечает:
— Пожалуйста, — отвечает, — подавитесь, Дарья Петровна,
своим ежиком. Мне, — говорит, — до вашего ежика дотронуться
противно, не то что его в руки взять.
Тут, конечно, вспыхнула от этих слов Дарья Петровна Кобы¬лина. Стали они между собой разговаривать. Шум у них под¬нялся, грохот, треск.
Муж, Иван Степаныч Кобылин, чей ежик, на шум является. Здоровый такой мужчина, пузатый даже, но, в свою очередь, нервный.
Так является этот Иван Степаныч и говорит:
— Я, — говорит, — ну, ровно слон работаю за тридцать два руб¬
ля с копейками в кооперации, улыбаюсь, — говорит, — покупа¬
телям и колбасу им отвешиваю, и из этого, — говорит, — на трудо¬
вые гроши ежики себе покупаю, и нипочем то есть не разрешу по¬
стороннему чужому персоналу этими ежиками воспользоваться.
Тут снова шум и дискуссия поднялась вокруг ежика. Все жильцы, конечно, поднаперли в кухню. Хлопочут. Инвалид Гав-рилыч тоже является.
— Что это, говорит, за шум, а драки нету?
Тут сразу после этих слов и подтвердилась драка. Началось. А кухонька, знаете, узкая. Драться неспособно. Тесно. Кру¬гом кастрюли и примуса. Повернуться негде. А тут двенадцать
человек вперлось. Хочешь, например, одного по харе смазать — троих кроешь. И, конечное дело, на все натыкаешься, падаешь. Не то что, знаете, безногому инвалиду — с тремя ногами устоять на полу нет никакой возможности.
А инвалид, чертова перечница, несмотря на это, в самую гущу вперся. Иван Степаныч, чей ежик, кричит ему:
— Уходи, Гаврилыч, от греха. Гляди, последнюю ногу оборвут.
Гаврилыч говорит:
— Пущай, говорит, нога пропадает! А только, говорит, не
могу я теперича уйти. Мне, говорит, сейчас всю амбицию в
кровь разбили.
А ему действительно в эту минуту кто-то по морде съездил. Ну и не уходит, накидывется. Тут в это время кто-то и ударяет инвалида кастрюлькой по кумполу.
Инвалид — брык на пол и лежит. Скучает.
Тут какой-то паразит за милицией кинулся.
Является мильтон. Кричит:
— Запасайтесь, дьяволы, гробами, сейчас стрелять буду!
Только после этих роковых слов народ маленько очухался.
Бросился по своим комнатам.
«Вот те, думаю, клюква, с чего ж это мы, уважаемые гражда¬не, разодрались?»
Бросился народ по своим комнатам, один только инвалид Гаврилыч не бросился. Лежит, знаете, на полу скучный. И из башки кровь каплет.
Через две недели после этого факта суд состоялся.
А нарсудья тоже нервный такой мужчина попался — пропи¬сал ижицу.
(М. Зощенко)
1. Какие из приведенных выше (в отрывках) произведений вы можете отнести к модернистской прозе? Почему?
2. Каким предстает человек в приведенных выше отрывках? Со-ответствуют ли приемы характеристики персонажей в про-изведениях Е. Замятина, И. Бабеля, Д. Хармса, М. Зощенко тому, как понимается и создается образ героя в произведе¬ниях писателей-модернистов? Аргументируйте свой ответ обращением к конкретным примерам.
И-170. «В авангардистской' картине мира реальность сопря¬гается со сверхреальностью, история с метафизикой, время с веч-
ностью; каждый компонент мира, будучи явлением историчес¬ким (опыт реализма с его универсальным историзмом для аван¬гардизма весьма значителен), есть одновременно и явление сверхисторическое, метафизическое. Оппозиция реальность -сверхреальность, время - вечность (после непродолжительного перерыва в эпоху реализма) становится одной из основополагаю¬щих оппозиций в системе мировидения. Но авангардистская кар¬тина мира не тождественна дореалистическим картинам мира, основанным, на подобного же рода двусферности. Принципиаль¬ное отличие'заключено в том, что для авангардизма характерно различное, многообразное понимание сверхреальности, в то вре¬мя как в дореалистической культуре есть единое, общеколлектив¬ное ее понимание (для Средневековья, например, нормативная сверхреальность, вечность - это сфера Бога, и иного представле¬ния христианская Европа не знает)» (Ф.П. Федоров).
1. Расскажите о своем понимании мысли ученого, согласно ко-торой в модернистской картине мира «реальность сопрягает¬ся со сверхреальностью, история с метафизикой, время с вечностью»? Проиллюстрируйте свое понимание обращени¬ем к творчеству В. Брюсова или К. Бальмонта, А. Блока или Ф. Сологуба.
2. Что представляет собой «единое, общеколлективное» пони-мание сверхреальности в дореалистических культурах? При-ведите примеры, обратившись к творчеству писателей сред-невековья, эпохи Возрождения или романтизма. Как вы дума-ете, что такое «многообразное понимание сверхреальности»? Не получается ли, что в модернизме есть свое представление о сверхреальности (или своя сверхреальность) у В. Брюсова и А. Белого, А. Блока и Ф. Сологуба, Н. Гумилева и В. Хлеб¬никова? Обоснуйте свой ответ.
И-171. «Авангардистское мышление - неомифологическое мышление. Миф в авангардном искусстве рефлективен, интел¬лектуален; он - продукт не общеколлективной, но индивиду¬альной фантазии; художник, даже цитируя миф, даже воспроиз¬водя систему мифологем и архетипов, предстает как интерпре¬татор, демонстрирует собственную систему воззрений. Строго говоря, миф в авангардном искусстве - это не миф, а мифооб-раз; благодаря сопоставлению или с родовым мифом, или архе¬типом, или культурно-историческим архетипом, т. е. архети¬пом, сформировавшимся в процессе культурно-исторического развития, мифообраз обретает смысл и достоинство абсолюта, становится знаком не исторического, а метафизического бы-тия» (Ф.П. Федоров).
1. Как вы понимаете мысль ученого о «рефлективности» и «ин-теллектуальности» мифа в модернистском сознании? Проил-люстрируйте свое понимание конкретными примерами.
2. Как вы поняли, в чем заключается «неомифологический» ха-рактер сознания модернизма как типа культуры?.Являются ли доказательством неомифологического характера созна¬ния такие произведения, как стихи К. Бальмонта и В. Брю¬сова «Нить Ариадны» (1894 и 1902 годы соответственно) или Д. Мережковского «Парки», а также роман последнего «Смерть богов. Юлиан Отступник» (1895) из трилогии «Хри¬стос и Антихрист»? |
