| Мы даты их рождения и смерти имеем теперь только в результате вычислений хронологов, да к тому же сделанных не для всех. Отсутствие точных дат в некото¬рых случаях уже подозрительно, ведь обычно скалигеровцы не церемонятся; если известно, что кто-то жил, допустим, в IV веке, ему тут же устанавливают годы жизни. Современников же, живших на рубеже веков, легко «развести по линиям»: одного в III век, другого — в IV. Фактические даты потом «уточняются» (но так и остаются разночтения, например в светской и церковной истории).
Однако писатель должен опираться на опыт предшествующих поколений. Проявляется это, во-первых, в том, что писатель III века ссылается на писате¬ля II века, писатель II века — на писателя I века и т.д. Понятно, что в пределах одного века это происходит само собой (хотя иногда оказывается, что старики ссылаются на молодых), а другие ссылки в пределах регрессного трака могут оказаться фальсификацией. Во-вторых, дело не только в упоминаниях предше¬ственников, но и в идеях. Писатель, как и философ, опирается на идеи живших до него мыслителей, развивает их, усложняет и т.п. Но в традиционной нашей
истории, оказывается, «усложнение» может происходить и помимо воли фило¬софа, как бы через его голову.
Что же за историю нам придумали? Иероним (IV век) знает Евсевия (III век), Евсевий знает Оригена (ок. 185—253/54), Ориген, наверное, знает Лукиана (ок. 120—190), а Лукиан— Плутарха (ок. 45— ок. 127)*. Но Иеро-ним (линия № 5) о Цицероне или Лукиане (линии № 6—7 «римской» волны) уже вряд ли слышал. Так каким же образом получилось, что сатира Лукиана по¬нятна Эразму Роттердамскому (1469—1536, линии № 7—8) и близка ему, а Иерониму не понятиями не близка? Наш ответ: это произошло в результате хронологических подтасовок. На самом деле Иероним жил раньше и Лукиана и Цицерона, а потому их и не знал!
Давайте-ка разберемся и с этим. Надо привыкать к тому, что мир сложный. А чтобы вам было удобнее следить за ходом наших рассуждений, имейте в виду, что в конце книги помещена страничка с синусоидами. Ф. Зелинский пишет в книге «Соперники христианства»: «Ученые с давних пор забавляются развенчанием Цицерона как философа, отыскивая греческие источники его философских сочинений, которых он, к сло¬ву сказать, и не выдавал за оригинальные; такими источниками называют Антиоха, Филона, Посидония, Панэтия, Клитомаха и много других».
Наша гипотеза отводит Цицерону (106—43 до н.э.) место на линии №6 «римской» волны, до чумы 1347—1350 годов, скорее всего в начале XIV века. Философы-стоики Панэций (ок. 185—ПО до н.э.) и Посидоний (ок. 135—51 до н.э.), а также Филон Александрийский (30 до н.э.—50 н.э.) и Клито-мах (II век до н.э.) должны быть деятелями Возрождения (известного также как эллинизм) конца XIV — начала XVI века. Вдаваться в суть учений этих фило¬софов нам тут нет надобности, нам важно, что Цицерон не ссылается на упомя¬нутых авторов (иначе не было бы смысла в этих разоблачениях).
Считается, что он был эклектиком, но это означает в рамках нашей синусо¬иды, что в его сочинениях были зерна, впоследствии развитые в различных фило¬софских школах. Возникает вопрос: а нет ли у этих авторов ссылок на Цицеро¬на? Если и были, за многие годы «текстологической» работы их убрали.
Конечно, он мог опираться на идеи философов V—IV веков до н.э. (линии № 5—6 стандартной «греческой» синусоиды), а «поздних греков» он знать не мог, или это может оказаться простым совпадением имен. Любой факт может иметь массу интерпретаций. Но сколько же «совпадений» должно быть в ре-альности, чтобы историки обратили на них внимание?!
А они, услышав о такой замечательной нашей синусоиде, даже обрадова¬лись: вот, — говорят, — а мы и всегда знали, что история развивается по спира¬ли! Вы только подтвердили это. И с ними можно было бы согласиться, если бы не две крупные (для традиционной истории) неприятности.
Во-первых, авторы Средневековья из всех своих «античных коллег» знали только тех, кто жил «параллельно» с ними или ниже по линиям веков. Данте (1265—1321, линии № 5—6) в поэме «Божественная комедия» упоминает более сотни античных деятелей, но только тех, кто жил в веках не выше линии № 6. Например, Данте не знает Архимеда. И это не секрет: механизмы, изобретен¬ные Архимедом (ок. 287—212 до н.э., линия № 7), и в самом деле не были изве-
*В нашей книге вы можете увидеть, например, для Плутарха разные даты жизни: ок. 45 — ок. 127, или 46—127 потому что в разных случаях мы брали их из разных справоч¬ников. Такая ситуация со многими «древними».
стны в XIV веке; о них «узнали» только во времена Леонардо да Винчи (1452— 1519, линия № 7) и Рабле (1494—1553), который, как мы уже сообщали в пре¬дисловии, пенял антикам вроде Цицерона и Диогена за то, что они «пишут всякий вздор о нашей (французской) королеве».Во-вторых, обнаружились для исторических царств «римская», «старовави¬лонская», «византийская» и «арабская» волны, имеющие хорошую корреляцию со стандартной «греческой» синусоидой, а также весьма специфические «ассиро-египетская» и «индийско-китайская» синусоиды. «Римская» волна имеет свои слож¬ности (скажем, в показе эволюции искусства она сдвинута вниз относительно «гре¬ческой» примерно на пол-линии, а в показе событийности — нет) и требует даль¬нейшего изучения. «Старовавилонская» и «византийская» волны как бы продля¬ют друг друга. (Полагаем, они представляют собой две части истории Византийс¬кой (Ромейской) империи из-за перехода власти от азиатской к европейской дина¬стии). Одного этого достаточно, чтобы целиком отказаться от идеи циклического развития человечества. Нет, «история» была сконструирована создателями хро-нологии, которые в расчетах своих исходили из идеи цикличности.
Чтобы воссоздать историю в подлинном, «объемном» виде, следует свести воедино все траки всех синусоид. Проблема здесь в том, что человечество как-то жило и до «линии № 1», то есть до IX века. Поэтому надо суметь не только сложить из мнимых историй реальную «объемную историю», но и вычленить события, датировку которых традиционная история выполнила правильно. |
