| Мы видим, как реальная действительность претворяется в обобщения, как обобщение переходит в характер, как характе¬ры реализуются в языке, который тем самым представляет собой момент осуществления содержания в целом. И наоборот, язык переходит в характеры, характеры — в обобщения, обобще¬ния приводят нас к самой жизни.
Короче говоря, каждый элемент художественного произве¬дения, будь то эпитет, портрет, пейзаж, монолог, строфа и пр., Не существует, если можно так сказать, сам по себе, он связан С другими, ими мотивирован и их в свою очередь мотивирует.
Мы можем правильно его понять, лишь уловив ту художествен-ную мотивировку, которая вызвала его к жизни, его обусловила. Рассмотрение тех или иных сторон художественного произведе¬ния дает нам вместе с тем возможность разобрать характеры во всей их конкретности, а не как отвлеченные обобщения и вместе с тем позволяет проверить правильность понимания этих характеров. Если мы правильно в них разобрались, то сумеем проследить их закономерную связь с теми языковыми средствами, при помощи которых они оформлены, вскрыть их содержательность, уловить связь характеров и сюжета, осмыс-лить значение той или иной сюжетной ситуации и т. д.
Следует напомнить, что в первых главах нашей книги мы стремились установить основные особенности художественно-литературного творчества на материале реалистического типа искусства, как наиболее ясного и отчетливого проявления тех возможностей, которые заложены в литературе.
Оставляем пока в стороне те исторические явления в обла-сти литературы, в которых эти особенности зачастую даны в очень осложненных, иногда даже искаженных формах.
Они не противоречат тем основным свойствам искусства, ко¬торые мы определили, но в силу определенных исторических условий проявляют их весьма своеобразно. |
