| Вряд ли можно выделить какой-нибудь один решающий язы-чковой признак, наличие которого заставляет-нас ощутить ту •или иную речь. как стихотворную. Не является таким при¬знаком рифма, так как многие стиховые системы ее не знают, ;](и даже те стиховые системы, которые с рифмой связаны, легко смогут от нее отказаться (например, возникновение белого стиха <(;в рифмованном). Не явится таким признаком ни счет слогов, (|.ни счет ударений и какие-либо другие аналогичные явления. % Понятно, что в данном случае мы говорим только о тех си-v; стемах стихосложения, которые строятся на основе чисто рече-, ,вых элементов. Системы стихосложения, в которых существует .* та или иная связь с элементом музыкальным (античное, араб-t ское — аруз, русское народное стихосложение), представляют 'собой принципиально иное явление. Речевой стих является Л целостной формой, органическим сплавом целого ряда вхо-I дящих в него речевых элементов. Поэтому-то ни к чему не при-!; водит попытка дать общее определение стиха без учета этой •' целостности. Поэту Николаю Тихонову принадлежит глубокое t замечание относительно того, что стих отличается от обычной | речи так же, как движение бегуна отличается от движения хпо-койно идущего пешехода. Все элементы движения у них прин-ципиально однородны. Все дело в том, что они представляют собой две различные целостные системы организации, взаимо¬действия этих общих элементов.
Корни стиха уходят в речь эмоционального типа, т. е. речь, в которой максимально повышено субъективно-эмоциональное отношение говорящего к тем или иным явлениям жизни. Стих и представляет собой предельно сгущенную, сконцентрированную, так сказать, гиперболизированную форму эмоционально окра-шенной речи, где предельно ощутимы каждое слово, каждая пауза, звук и темп речи и т. д.' Поучительны слова Л. Н. Тол-стого: «Пришло бы место, где моя мысль потребовала бы больше сжатости, силы, законченности, и вышли бы стихи» («Л. Толстой о литературе». М., 1955, стр. 227).
Основой стихотворной речи является эмоционально повышен¬ный строй переживаний, подчеркивающий в речи все формы пе¬редачи тончайших оттенков мысли и чувства.
В этом направлении нужно искать пути к пониманию истоков содержательности стихотворной формы речи. Сложившаяся в процессе развития языка в определенную форму система стихо-творной речи, в свою очередь, придает ей повышенно эмоцио-нальную окраску. Обращение к стихам есть своего рода заявка на эмоционально окрашенную речь. Отсюда и вытекает по сути дела главная черта стихотворной речи: постоянство однородной, эмоционально окрашенной интонационной системы в отличие от прозы, где перед нами переменная интонация, где каждая фраза имеет свою, главным образом логически мотивированную инто¬нацию, не повторяющуюся в последующих фразах.
Это постоянство интонационного строя является основой для возникновения периодичности речи. Эта периодичность выпол¬няет в речи членящую функцию, подчеркивает естественный смысловой и физиологический ритм речи, его усиливает и орга¬низует. Она определяет новую функцию пауз, которые подчерки¬вают законченность однородных интонационных единиц и тем самым усиливают ритмичность речи. Предпаузное ударение, со¬четаясь с неударными слогами, образует устойчивый звуковой комплекс, клаузулу, представляющую собой основу рифмы. От конца строки к началу ее идет накопление вторичных ритми-зующих элементов, симметрия расположения ударных и без-ударных слогов и т. п. |
