| Как уже сказано, характер — это прежде всего конкретный человек с его индивидуальными поступками и переживаниями в конкретной жизненной обстановке. И образ только тогда до^ ходит до сознандя читателя, когда он доносит до него то ощу¬щение непосредственности, единичности, индивидуальной не¬повторимости, которые присущи человеку как индивидуально¬сти. Отсюда вытекает необходимость предельно конкретного изображения художником как человека, так и окружающей его жизненной обстановки. Поэтому в художественном произведе¬нии мы имеем дело с таким отражением жизни, которое сохра¬няет у изображаемых писателем явлений их индивидуальные жизненные особенности, в результате чего они представляются нам непосредственными жизненными фактами. Если речь идет о человеке, то его облик вырисовывается перед нами так, что мы осознаем его как конкретную личность с его внешностью, одеждой, поведением, индивидуальным языком, переживаниями, вплоть до тех полуоторванных пуговиц, о которых говорил
Л. Толстой.
! Если речь идет о событии, то оно рисуется так, как будто мы непосредственно его наблюдаем. Говоря о жизни, писатель как бы показывает ее нам; сохраняя у изображаемых явлений их индивидуальный характер, им свойственные особенности и признаки, он дает нам в них как бы подобие жизни. Вот, на¬пример, как изображает* Пушкин в «Капитанской дочке» буран, застигший Гринева в дороге:
Я приближался к месту моего назначения. Вокруг меня простирались печальные пустыни, пересеченные холмами и оврагами. Все покрыто было снегом. Солнце садилось. Кибитка ехала по узкой дороге, или точнее по сле¬ду, проложенному крестьянскими санями. Вдруг ямщик стал посматривать в сторону и, наконец, сняв шапку, оборотился ко мне и сказал:
— Барин, не прикажешь ли воротиться?
— Это зачем? ,
— Время ненадежно: ветер слегка подымается; — вишь, как он сметает
порошу.
— Что же за беда!
— А видишь там что? (Ямщик указал кнутом на восток.)
— Я ничего не вижу, кроме белой степи да ясного неба.
— А вон-вон: это облачко. Я увидел в самом деле на краю неба белое облачко, которое принял
было сперва за отдаленный холмик. Ямщик иаъяснил мне, что облачко пред¬вещало буран.
Я слыхал о тамошних метелях и знал, что целые обозы бывали ими зане¬сены. Савельич, согласно с мнением ямщика, советовал воротиться. Но ветер показался мне не силен, я понадеялся Добраться заблаговременно до сле¬дующей станции и велел ехать скорее.
Ямщик поскакал; но все поглядывал на восток. Лошади бежали дружно. 5ер между тем час от часу становился сильнее. Облачко обратилось в бе-тучу, которая тяжело подымалась, росла и постепенно облегала небо, ел мелкий снег — и вдруг повалил хлопьями. Ветер завыл; сделалась пь. В одно мгновение темное небо смешалось с снежным морем. Все ис-
— Ну, барин,— закричал ямщик,— беда: буран!.. .|, Я выглянул из кибитки: все было мрак и вихорь. Ветер, выл с такой сви-Ьй выразительностью, что казался одушевленным; снег засыпал меня .и
льича; лошади шли шагом — и скоро стали. ■Здесь все дано так, что люди и явления, изображаемые Шейным, встают перед глазами читателя со всей ясностью, конкретные жизненные явления, индивидуально. Эта и н д и-дуализация является необходимым условием художест-ного изображения жизни. С большой отчетливостью это емление изобразить действительность так, чтобы она высту-а перед читателем с очевидностью конкретного жизненного !кта, можно проследить, изучая черновую работу писателя, "людая по вариантам его приближение к жизненной отчет-ости изображения. В «Хаджи-Мурате» Л. Толстой последо-|гельно исправляет фразу «Весь аул курился дымом» при по-ДОи следующих вариантов: «Весь аул курился душистым ки-""' ным дымом.. .*, «Курившийся душистым кизячным дымом ченский немирный аул». Эта важнейшая черта художественного изображения отме-«тся — и вполне справедливо — в тех определениях образа, ТГОрые мы выше рассматривали. Произведение искусства лишь j-да полноценно, когда оно заставило читателя или зрителя верить в себя как в явление человеческой жизни 6о внешней, либо духовной. Без конкретной картины жизни $ и искусства. Но сама эта конкретность — не самоцель худо-JCTBeHHoro изображения, она необходимо вытекает из самого предмета, из той задачи, которая стоит перед искусством: Йбражения человеческой жизни в ее целостности. ф.Мы можем теперь дополнить наше определение образа, ска->, что это — конкретная картина человеческой жизни, т. е. |йвидуалязированное ее изображение. |
