| Стремящийся к заучиванию текстов педагог в большей мере обращен к самому себе, во внутренней речи его преобладает оценка самого себя, в том числе солилоквиум (спор с самим собой — что сказано и что могло быть сказано); слушатель окажется на периферии воздействия. Учитель, импровизируя на основе записанной речи, почти дословно помнит структуры начала и завершения, но не следует стремиться говорить теми словами, что запрограммированы в тексте, безотносительном к конкретному слушателю.
Умение уважать себя, необходимое учителю, неотделимо от его умения регулировать отношения равенства — превосходства, подчиненные как принципу воспитывающего и развивающего обучения, так и риторическому этосу. Учитель оценивается как источник информации, и лишь в соответствии с ее объемом и качеством преподнесения он может рас-
считывать на неформальные взаимоотношения с учащимися. Его профессиональная, речевая и предметная компетентность может вызвать сомнения при очевидном стремлении к излишней откровенности, патетичности или, наоборот, аффектированному самоуважению. Если лекция начинается словами: «Я не особо компетентен в данном предмете...», «Возможно, многие из вас это уже знают» или, напротив, «Моя лекция, возможно, будет сложна для вас...», — слушатель, внутренне не нацеленный ни на какую познавательную задачу, становится неспособным к восприятию информации: его уверили, что она ему знакома или не может быть им усвоена. Подобные зачины обнажают неуважение к себе и к слушателям: если человек вышел к аудитории, он располагает информацией и стремится сделать ее достоянием собеседника. А «скромничанье» желания слушать не вызовет.
Неуместно как самовосхваление, так и самоуничижение, вне зависимости от аудитории. Это нарушение речевого этикета в равной степени: самоуничижающийся, если он говорит искренне, не имел права выйти, не подготовившись, к уважаемой им аудитории; если же он подготовлен, ложь очевидна, а она сама по себе не может быть основой уважительного отношения к слушателям. Отнюдь не во всем требуется искренность: нам не следует злоупотреблять фактами своей биографии, сообщениями о своем здоровье и предъявлением настроения. Так, опаздывающий на занятие преподаватель, объясняющий причину опоздания домашними неурядицами или, наоборот, приездом далекого друга, ошибается дважды: опаздывая и сообщая о причине.
Длинноты, пустые, не имеющие смысла тирады неуместны всегда.
Речевой этикет — не только система рекомендаций, но и система творческих ситуаций, в которых они интерпретируются конкретными собеседниками. Соблюдение его не только не ограничивает, но, напротив, расширяет коммуникативные возможности человека. И тогда возникает та «размена чувств и мыслей», которая привлекает потенциальных собеседников и делает общение желанной целью, а процесс передачи и восприятия информации — значительно более интересным и психологически актуальным. |
