| Нельзя говорить о присутствующем в форме местоимения 3-го лица; тем более некорректно это при вызове: «Вот он идет к доске», — фраза безграмотная и риторически, и грамматически, и этически, и психологически. Императив не допускает глагола в настоящем времени, поскольку оно не соотносимо с ирреальным (потенциальным) действием. Учитель словно комментирует то, чего нет.
«В языке повседневном, — пишет 3. С. Смелкова, — и интонацию приказа, и соответствующие языковые средства явно нецелесообразно использовать: возможен негативный характер воздействия такого обращения» [136]. Не всегда! Важно внимательно следить за интонационным оформлением приказа, за продумыванием его формулировки. Не следует злоупотреблять и куртуазной вежливостью, своего рода книксенами, представляющими собой не что иное, как факты речевой избы-точности: «Леночка, пожалуйста, если тебе не трудно, ответь на вопрос...». Класс, выслушивая подобные словоизвержения, не может сдержать смеха, а адресат обращения с заметной неохотой выполняет странное требование учителя-«няни». Оно звучит для подростка как плохо скрываемая ирония, и только с этой целью, и только для нестандартного педагогического решения может использоваться учителем. В чем может заключаться «нестандартность»? Посмотрим вместе.
«Сударыня, не откажите в любезности вспомнить, что еще говорил вам Хлестаков», — обращается литератор (учитель-«актер») к ученице, вступившей в роль-экспромт, намечая стилистическую линию, в которой пойдет разговор о гоголевском произведении при «взгляде изнутри», при оценке «глазами героев». Такое обоюдное вхождение в образ оправдывает необычную формулировку требования. Этикет школьного урока допускает многочисленные формы приказа и требования, в том числе синтетическую — «приказ-просьба».
ВЫЗОВ учащегося, приглашение к ответу могут иметь различные формы. «Семенов, к доске!» — произносит учитель, привыкший к быстрому темпу занятия, к стремитель-ной смене микроструктур (учитель-«командир»). Эллиптичность оправдывается общим темпом диалога и характером взаимоотношений учителя и класса. Разными формами деятельности на таком занятии охвачен весь класс: работа ведется фронтальными, групповыми, индивидуальными методами, быстрая смена которых требует четкой и лапидарной речи. Из обычных тем неожиданно для учащихся извлекаются проблемные комплексы, ученик может на одном занятии побывать «человеком-энциклопедией», оператором ТСО, режиссером микрофильма, экскурсоводом, журналистом. Учитель при этом занимает позицию «режиссера». Наиболее интересными уроками сильных учителей сводятся к минимуму фатические структуры, а в чистом виде их просто нет: слова всегда должны нести информацию, необходимую для учащихся. Иными словами, эллиптический вызов соответствует этикету урока, если органичен личности учителя, манере занятия, исчерпывающим образом понятен ученику и не задевает его достоинства излишней торопливостью и отсутствием располагающей к диалогу интонации. Вызов ученика или приглашение его к диалогу предполагает общение в его конативной (ориентационной) функции; желательно, чтобы оно сопровождалось элементом эмоциональной настройки и формированием у школьника внутренней установки на решение проблемы: «Я знаю, что у тебя, Оля, есть свое мнение. Выскажи его!» |
