| Как пишет К. Бюлер, слушатель понимает речь (или, наоборот, не понимает ее) «на основе ситуации, в которой произведено высказывание, т. е. в зависимости от обстановки, в которой происходит беседа, от окружающих предметов, от того, что известно слушающему о профессии и занятиях говорящего» [24. С. 78]; вне ситуационного контекста ее восприятие крайне осложнено.
Воспринимающий может моделировать в своем сознании совершенно иную ситуацию, а не ту, которую ему стремились показать: слово всегда обобщает, и обобщение это различно в зависимости от ситуации. К. Бюлер указывает, что слово в контексте ситуации несет добавочную «полевую информацию», а это не что иное, как указание на конкретный предмет в ряду ему подобных. Апперцептивный фактор — формирование ситуационного контекста как результата ранее сказанного и понятого. Так, слово «береза» человек подсознательно соотносит с известным ему конкретным деревом, ассоциируя каждое новое понятие с уже знакомым.
Ситуационный контекст сохраняется по большей части в подсознательной сфере человека — это факты, предметы, суждения, не всегда становящиеся достоянием собственно аналитического мышления или кажущиеся несущественными. Известны случаи, когда учительница, оговариваясь, долго называла младшего брата именем старшего, только что за-
кончившего учиться, — подсознательная ассоциация сформировалась и у ребенка. В результате он, чувствуя скрытую симпатию учительницы и привыкший уважать брата, действительно перестал получать тройки.
Контекст может вызвать глубочайшие эмоциональные потрясения, а их причина также не всегда осознается. Нужно найти эмоциогенный фактор (психологический «якорь»), в силу которого происходит любая внезапность в поведении, — этот фактор, став осмысленным, не позволит потерпеть поражение в диалогической ситуации. При моделировании аналогичного контекста человек получает возможность произвольно воскресить, воспроизвести те чувства, интенции, мотивации, что были доминирующими некоторое время назад, тогда, когда существовали аналогичные раздражители (собака Павлова — превосходный эквивалент такого процесса, но зажечь нужно именно ту «лампочку», которая полностью идентична фактору предыдущих реакций). Все вкусовое, иррациональное определяется контекстом ситуации. Если человек видел картину в комнате любимой, эта картина, будучи забытой, при повторном рассмотрении воспроизведет тот эмоциональный комплекс, который возник впервые, в заветной комнате. Картина также будет любимой, хоть сам человек едва ли сразу ответит почему.
«Я признаю только Дебюсси!» — патетически восклицает студент; он не сразу вспомнил, что именно это заявила много лет назад его тетка; ее он не любил, а вот ситуация была особой — день рождения его, тогда еще четвероклассника, когда он и его гости восторженно слушали симфонические произведения композитора. С тех пор все остальное стало измеряться координатами Дебюсси, причем как безусловного эталона. Другой когда-то в детстве, ободренный мыслями о достигнутой только что победе в областной олимпиаде, услышал по радио «Школьный вальс», которому не придал особого значения. Однако именно «Школьный вальс» он назовет и через много лет своим любимым произведением, не без подсознательного участия этой музыки избрав педагогическую профессию. Ситуативный контекст, тем более вое
принимавшийся вне нацеленного сознания, воскрешает
прежний личностный статус (через некоторое время Сбудут понятия «юность», «победа») и определяет жизненней
путь. Кстати, умением воскрешать в памяти nola
эпизоды объясняется последующая личностная и профессиональная мотивированность. |
