| Экстралингвистика — невербальный язык, прежде всего мимика и жесты, характеризующие фразу и сверхфразовую структуру.
Какие глаголы характеризуют речевую манеру того или иного человека? Сказал, произнес, проговорил, возвестил... А если... сделал подобострастное лицо, похлопал по плечу, принял воинственную позу, сдвинул брови, непонятно чему улыбнулся?.. Или... широко развел руки (так люди приветствуют друг друга), улыбнулся, потирая ладони, всем своим видом пока-зал готовность к разговору?.. Это немаловажно: экстралингвистика влияет на осуществление коммуникативного намерения. Популяризатор «боди лэнгвиджа» А. Пиз подчеркивает: «Каждый жест подобен одному слову, а слово может иметь несколько различных значений. Полностью понять значение этого слова вы можете только тогда, когда вставите это слово в предложение наряду с другими словами. Жесты поступают в форме «предложений» и точно говорят о действительном состоянии, настроении и отношении человека» [120. С. 22]. Поль Л. Сопер также обращает внимание на манеры говорящего, добавляя к ним необходимость безупречного внешнего облика.
Почему нагловатый телеведущий держит в руках авторучку и смятенно теребит ее? Почему в электричке руки сами норовят принять положение «замочком»? Почему мы любим иногда держаться за спинку своего стула во время урока? Во всех трех случаях ситуация объясняется необходимостью защитного жеста. А попробуем, говоря с директором школы, положить сомкнутые руки на край его стола — он инстинктивно отодвинется. Но, если даже этого не произойдет, мы, нарушившие его «собственную территорию», станем неприятны ему, и он не сразу поймет почему: ведь говорили мы по-дружески!
Неужели предрассудки? Подумаем. Экстралингвистические ошибки, явно препятствующие общению, — это хмурое лицо лектора, аксиальность (однонаправленность) его взгляда и речи, отсутствие зрительного контакта с каждым слушателем, размещение по отношению к аудитории на расстоянии, исключающем продуктивное деловое общение.
Капитан Лебядкин (Достоевский, «Бесы») приходит к Ставрогиным:
Известно, что самое главное страдание всех подобных господ, когда они каким-нибудь чудным способом появляются в обществе, составляют их собственные руки и ежеминутно сознаваемая невозможность куда-нибудь прилично деваться с ними. Капитан замер на стуле с своею шляпой и перчатками в руках и не сводя бессмысленного взгляда своего со строгого лица Варвары Петровны. Ему, может быть, и хотелось бы внимательнее осмотреться кругом. Но он пока еще не решался. Марья Тимофеевна, вероятно найдя фигуру его опять ужасно смешною, захохотала снова, но он не шевельнулся. Варвара Петровна безжалостно долго, целую минуту выдержала его в таком положении, беспощадно его разглядывая.
{Достоевский Ф. М. Собр. соч.: В 12т. — М., 1982.-Т. 8.-С. 168.)
Язык взгляда, мимики и жеста, умение принимать мимическую маску — не о них ли Крапивин сказал, будто «трудно скрывать, что тебе трудно»? Это средства общения, не позволяющие скрыть неправду. |
