| Франция сыграла в общей социально-политической культур-ной жизни Западной Европы едва ли не главенствующую роль. Именно поэтому в своем обзоре западноевропейских литератур ; XVII века мы более подробно говорили о Франции. То же мы со-бираемся сделать и теперь, в обзоре литератур XVIII в.
Ф. Энгельс в предисловии к третьему немецкому изданию «Во-; семнадцатого брюмера Луи Бонапарта» Маркса писал: «Фран¬ция — та страна, в которой историческая классовая борьба боль¬ше, чем в других странах, доходила каждый раз до решительного , конца. Во Франции в наиболее резких очертаниях выковыва¬лись те меняющиеся политические формы, внутри которых дви¬галась эта классовая борьба и в которых находили свое выраже¬ние ее результаты. Средоточие феодализма в средние века, об¬разцовая страна единообразной сословной монархии со времени Ренессанса, Франция разгромила во время великой революции феодализм и основала чистое господство буржуазии с такой классической ясностью, как ни одна другая европейская страна»1.
В пору раннего средневековья во Франции интенсивнее, чем в других странах Западной Европы, формируются и получают наиболее законченное развитие все основные жанры и виды, ти-I личные для литературы средних веков (национальный героиче-ский эпос, рыцарский роман, фаблио, животный эпос, средневе-ковая клерикальная драматургия). В XVII веке во Франции дос-тигает наибольшего, чем в других странах Европы, расцвета классицизм (Буало, Корнель, Расин, Мольер).
В XVIII столетии во Франции с огромной силой, полнотой и революционной последовательностью развернулось просвети¬тельское движение, давшее миру наиболее типичные образцы просветительской художественной литературы.
XVIII век — преимущественно французский век.
Почти на всем протяжении XVIII столетия между Англией и Францией в многолетних войнах решался вопрос о первенстве на морях и в колониях. Англия год от года усиливала свои пози¬ции, используя или намеренно создавая конфликты на континен¬те и втягивая в них Францию (война за испанское наследство 1701 —1714 гг., война за польское наследство 1733—1735 гг., война за австрийское наследство 1741 — 1748 гг., Семилетняя война 1756—1763 гг.).
В начале века Франция потеряла ряд колоний в Америке (земли вокруг Гудзонова залива, Ньюфаундленд), после Семи-летней войны она вынуждена была уступить Англии Канаду, колонии в Индии и даже разрушить собственный военный порт в Дюнкерке. Войны ослабили Францию, нарушили внутреннюю экономическую жизнь страны. Государственная казна была опу¬стошена. Внутренняя политика французского абсолютистского правительства была беспомощна, как и политика внешняя. Го¬сударство неоднократно объявляло себя банкротом, а между тем двор поглощал львиную долю государственных средств, при дворе умшхжились различные фиктивные должности. Имелась, на¬пример, должность капитана королевских собачек-левреток с весьма солидной оплатой. Некий Дюкро числился парикмахером при мадемуазель д'Артуа, умершей в трехлетнем возрасте. За это он получал пенсию в 1700 ливров. Была должность храните¬ля королевской трости и т. д. Правительство неспособно было даже организовать сбор налогов и перепоручало это откупщи¬кам, которые, купив у государства право на сбор налогов, взи¬мали их с большой лихвой для себя.
По стране бродило около 1,5 миллионов нищих1. В 1739 г. гер¬цог Орлеанский показал королю хлеб, выпеченный из травы, за¬явив, что в его графстве в Турени уже год крестьяне питаются таким хлебом. В стране между отдельными областями были установлены с незапамятных времен таможенные границы, до крайности затруднявшие торговлю. При вывозе товара из одной провинции в другую нужно было платить таможенные пошлины, а это удорожало товар. Современники подсчитывали, что дешевле было доставить товар из Америки во французский порт, чем от французского порта до Парижа.
Старая система сеньериальных повинностей, феодальных ог-раничений и регламентации, таможенных барьеров ставила не-проходимую преграду мощному напору развивающихся произво¬дительных сил общества. Буржуазия, которой феодальные по¬рядки мешали наживаться, роптала.
Знаменитый английский агроном Артур Юнг, посетивший Францию в 80-х гг. XVIJI столетия, был поражен той картиной бесхозяйственности и экономического застоя, которая открылась его глазам, как только он переплыл Ла-Манш. Пустовали огром¬ные земельные массивы, зарастали бурьяном плодороднейшие земли, а между тем в стране ощущался острый недостаток хле¬ба и цены на хлеб были непомерно высоки. Самыми частыми су¬дебными процессами были процессы о разграблении мучных ла¬вок и булочных.
Известно, что революционная атмосфера создается тогда, ког¬да производительные силы не могут дальше развиваться при существующей системе производственных отношений. Именно так
1 Население Франции тогда составляло 24 млн. человек.
роизошло в предреволюционной Франции. Штурвал экономи-ческой жизни как бы остановился, не в силах провернуть вязкую ину феодальных отношений. Вот что писал в своем путевом невнике Артур Юнг: «5 сентября 1788 г. Монтабан... Треть той *-емли, которую я видел в этой провинции, была не возделана и дочти вся остальная часть в жалком состоянии». Таких наблю¬дений немало в дневнике Юнга. Английский путешественник, |один из передовых людей времени,' смутно догадывался о причи--нах экономического застоя в стране. «Каким ужасным обвинени¬ем против королей, министров, парламентов и штатов выглядят миллионы неприставленных к делу людей, обреченных на голод 4.и праздность отвратительными принципами деспотизма и не ме-!'Нее отвратительными предрассудками феодального дворян-ства»1,— пишет он. |
