| Аристотель. — Противоречивость сближает, разнообразие порождает пре¬краснейшую гармонию, и все через распрю создается.
Порфирий. — Для бога все прекрасно, хорошо и справедливо, а люди одно приняли за справедливое, а другое — за несправедливое.
Теофраст. — Подобен беспорядочно рассыпанному сору самый прекрас¬ный космос.
Стобей. — Из учений, в которые я вникал, ни одно не дошло до осознания, что мудрость отрешена от всего.
Арий Дидим у Евсевия. — И души из влаги испаряются... Зенон подобно Гераклиту называет душу одаренным способностью ощущения испарением.
Климент. — Душам смерть — воде рождение. Воде смерть — земле рожде¬ние. Из земли ведь вода рождается, а из воды — душа.
Стобей.— Сияющая, сухая душа мудрейшая и наилучшая... Всякий раз, цак человек опьянеет, (его) ведет ребенок, а он шатается и не видит, куда идет, умея влажную душу.
Нумений. — Для душ наслаждение или смерть стать влажными.
Климент. — Человек, (умирая) в ночи, сам себе огонь зажигает: хотя его глаза померкли, жив он... Людей после смерти то ожидает, на что они не наде¬ются и чего себе не представляют.
Стобей. —Душе присущ самообогащающийся логос... Размышление всем
свойственно. /■"
Секст. — И по мнению Гераклита, кажется, человек обладает двумя сред¬ствами познания истины: чувственным восприятием и логосом.
Ипполит. — Чему нас учат зрение и слух, то я ценю выше всего... Признак мудрости — согласиться, не мне, но логосу внемля, что все едино.
Полибий. — Глаза более точные свидетели, чем уши.
Секст. — Глаза и уши — плохие свидетели для людей, имеющих грубые души.
Диоген Лаэртский. — Идя к пределам души, их не найдешь, даже если пройдешь весь путь: таким глубоким она обладает логосом... Ведь существует единственная мудрость: познать замысел, устроивший все через все... Много-знание уму не научает, иначе оно научило бы Гесиода и Пифагора, а также Ксенофана и Гекатея.
Секст. — Так вот, этот общий и божественный разум, через участие в ко¬тором мы становимся разумными, Гераклит называет критерием истины. От¬сюда заслуживает доверия то, что является всем вообще (ибо это воспринима-ст<;я общим и божественным разумом), а то, что является кому-либо одному, то неверно по противоположной причине... Хотя этот логос существует вечно,
Ж
оступен он пониманию людей ни раньше, чем они услышат его, ни тогда, да впервые коснется он их слуха. Ведь все свершается по этому логосу, и тем не менее они (люди) оказываются незнающими всякий раз, когда они при¬ступают к таким словам и делам, каковы те, которые я излагаю, разъясняя каждую вещь согласно ее природе и показывая, какова она. Остальные же люди (сами) не знают, что они, бодрствуя, делают, подобно тому как они забы¬вают то, что происходит с ними во сне.
Ямвлих. — Право, насколько лучше мнение Гераклита, называвшего че¬ловеческие мысли детскими забавами.
Прокл. — Что у них за ум, что за разум? Они верят народным певцам и считают своим учителем толпу, не зная, что большинство плохо, а меньшин¬ство хорошо.,-"" ~~\
Диоген Лаэртский.Лг Гомер заслуживает изгнания с состязаний и наказа¬
ния розгами. )
ПолагаюяС^гйгАврелий Августин (354—430), известный как Блаженный Августин, «религиозный мыслитель раннего Средневековья», родился через 814 лет после смерти Гераклита. Поэтому неудивительно, что его духовная эволюция «в полной мере отражает борьбу христианской культуры с культу¬рой античной». На своем пути к христианскому обращению, которое про¬изошло весной 387 года, Августин увлекался многими «измами», среди кото¬рых назовем стоицизм, манихейство, скептицизм и неоплатонизм. После при¬нятия христианства боролся с религиозной ересью манихеев, донатистов и пелагиан.
Однако в понимании мира Блаженный Августин проявил умственные спо¬собности в такой степени, что вполне может быть сравним с Гераклитом. Прав¬да, все же писал он о Боге в христианском понимании, а не о «логосе». Возможно, по этой причине литературное наследие Августина сохранилось неплохо: оно насчитывает более 40 томов. Наиболее важные его работы — «Исповедь» (400), «О Граде Божьем» (413—426), «Пересмотры» (426). Другие работы: «Против академиков» (386), «О жизни блаженной» (386), «О порядке» (386), «Монологи» (387), «О количестве души» (388—389), «Об учителе» (388—389), «О бессмер¬тии души» (387), «Об истинной религии (390), «О свободной воле» (388—395).
«Опираяеъ.на неоплатонизм, Августин создал влиятельное религиозно-фи¬лософское учение, служившее фундаментом христианской мысли вплоть до XIII века. Важнейшие темы его философского учения: проблема Бога и мира, веры и разума, истины и знания, добра и зла, свободы воли, вечности и времени, смысла истории», — пишет В.Р. Скрыпник.
Обратим же внимание: учение, созданное философом линии № 4 (V век), не оказало влияния, например, на философскую мысль линий № 1 —3 (VI—XI века), но служило фундаментом христианской мысли «вплоть до XIII века», то есть до линии № 5. Вот это — и логично и правильно!
Петр Дамиани (ок. 1007—1072, линия № 3), говорят, «забыл советы Авгу-стина, Иеронима и Кассиодора не пренебрегать светской наукой». Потому и «забыл», что жил до них! А выше линии № 4 влияние Августина долго проявля¬ется, чему свидетельством слова Л.Н. Гумилева:
«...Прошли Средние века, наступила Реформация, и Жан Кальвин воскре-сил идеи Августина. На них же была построена теория второй инквизиции. Примирение Бога с Сатаной устраивало всех злодеев Европы».
Также напомним здесь, что Августин — современник неизвестного авто-ра, написавшего так называемые «Ареопагитики», о которых мы говорили несколькими страницами ранее. |
