| Барокко во Франции приняло особую форму. Образы кошма-~в и ужасов почти не затронули ее литературы. Мотивы траги-
ского надрыва, душевного надлома зазвучали, пожалуй, толь-с в некоторых трагедиях Расина («Аталия») под влиянием рачной философии янсенизма, преподанной ему в школе Пор-~яля, да в «Мыслях» Паскаля. Барокко проявилось в поисках
обой иллюзорной действительности, далекой от грубой и жес-
кой реальности. В 1610 г., когда были еще свежи воспоминания о кровавых ;;ях религиозных войн, в тот самый год, когда религиозный аньяк вонзил нож в живот Генриха IV и Франция ждала новых лут, писатель Оноре д'Юрфе напечатал свой роман «Астрея» и вел читателя в Галлию IV века, страну чудес, рыцарей и нимф, рекрасных пастушков и пастушек, фей, весталок и галантной юбви. Герой романа, идеальный влюбленный Селадон, стал редметом воздыханий и кумиром читательниц.
В 1649 г. появилась первая книга романа Мадлены Скюдери /Артамен, или Великий Кир», а позднее вышел из печати и вто-рой ее роман «Клелия». «Великий Кир» был тотчас же переве-. |ден на английский, немецкий, итальянский и арабский языки. |Его издатель разбогател. Во всех своих романах Мадлена Скю-дери описывала «страну нежности», ослепительно прекрасную, Экзотическую даль, где прекрасные люди, прекрасные чувства,
^прекрасные нравы.
Мадлена Скюдери составила «Карту страны нежности с под¬робным ее описанием», включив ее в роман «Клелия». Здесь деревушка Любезные услуги, которая находится на пути из
'Зарождающейся дружбы до Нежной признательности. Нуж¬но пройти через Стихотворные приятства, чтобы попасть в
:' городок Нежное уважение. Путь к нему — Дорога дружбы — продолжителен. Тот, кто заблудится, окажется'у озера Равно-
■ душия. Здесь протекает река Сердечная склонность, впадаю-щая в Опасное море, а за ним Неведомые страны и т. д. На-сколько модны были подобные карты, можно судить по тому, что в том же 1654 г. некий аббат Д'Обиньяк составил «Карту страны Кокетства».
Литература этого типа была названа прециозной. Что требо¬вали ее создатели от искусства? Максимального удаления от
низменной действительности и в выборе сюжетов, и в системе поэтических образов, и в языке. Ничто не должно напоминать грязную, низкую правду жизни. От средневековья они взяли ал-легорическую условность. «Роман о розе» стал образцом для прециозных «карт нежности». От времен раннего феодализма, милых их сердцу времен, они взяли рыцарский роман и лирику с культом дамы, изящной куртуазности и политического кос¬мополитизма. От недавних времен кризиса гуманизма, кризиса, порожденного феодально-католической реакцией,— изящную, да¬лекую от политических треволнений пастораль. Особый, далекий от обычной 'разговорной речи лексикон, гиперболы, антитезы, метафоры и перифразы — вот язык прециозной поэзии. Утончен¬ная цветистость и замысловатость речи проникала и в жизнь, и в частную переписку, и это стало общеевропейской модой. Не-посредственный источник прециозности во Франции — Италия и Испания.
Испанский дипломат Антонио Перес в таких выражениях об-ращался, например, к лорду Эссексу в одном из своих писем: «Милорд, и тысячу раз милорд, не знаете ли вы, отчего бывает затмение, луны и солнца? Первое — от противостояния земли между луной и солнцем; второе — от противостояния луны меж¬ду солнцем и землей. Если между луной, то есть моей изменчи¬вой, меня влекущей к гибели судьбой, и вами, моим солнцем, поместить Отсутствие (ибо отсутствие между разлученными дру¬зьями есть то же, что затмение луны) или если между землей, то есть моим бедным телом и вашей благородной ко мне благо¬склонностью, поместить мою судьбу, разве не будет моя душа тосковать, разве не окажется она в царстве теней?» и т. д. В та¬ком духе писали государственные деятели.
Если поэт Гонгора оказывал влияние на французов своими стихами из-за Пиренеев, то итальянец Марино непосредственно в самой Франции. Он был приглашен маршалом Кончини ко двору Марии Медичи, жены Генриха IV и матери Людовика XIII. В Париже он впервые опубликовал свою знаменитую поэму в 1623 г.1. Он с пренебрежением третировал грубоватую француз¬скую поэзию, насмехаясь над старым Малербом, поэтом «столь су¬хим». Двор покровительствовал итальянскому поэту. К нему потя¬нулись молодые поэтические силы страны.
Итальянские concetti стали обязательным элементом поэзии и проникли даже в живую речь салонов.
Кстати, о салонах. Это интереснейшее и значительное явле-ние в культурной жизни Франции XVII столетия, оказавшее позднее свое влияние и на другие страны.
Основательницей знаменитого салона прециозников, осмеян¬ного Мольером в его комедии «Смешные жеманницы», была
альянка по происхождению, в девичестве Джулия Савели, в
мужестве де Вивон. В доме царило увлечение итальянской и
'■панской поэзией. Марино посвящал цветистые мадригалы ее
itepH — Катерине де Вивон, будущей маркизе де Рамбуйе. Пре-
йрелый Малерб поддался общей моде и начал воспевать
тести «несравненной Артенис» (анаграмма имени Катерина).
Ьчь маркизы Юлия продолжила в третьем поколении дело, на-
тое ее бабкой. |
