| «Ситуация была противоречивой до гротеска: Юстиниан преследовал от¬ступления от церковной идеологии (на его царствование приходится ряд про¬цессов против язычников... и разгон неоплатонической Афинской школы), од¬нако в литературе поощрял тот язык форм, который был заимствован у язы¬ческой классики...»
«...Для византийской литературы в некоторые эпохи (например в эпоху Юстиниана) чрезвычайно характерны жанры, унаследованные от античнос-ти (эротическая эпиграмма, светская историография и т.п.); в этих жанрах заняты представители мирской образованности...»
Итак, мы убедились, что литературоведы, изучая творчество писателей 2-го трака нашей синусоиды, сами обнаружили (пусть даже и не догадываясь об этом), что объекты их изучения в творчестве своем опирались на авторов 3-го трака по тем же линиям веков. В предыдущих главах вы видели, что и авторы реальной истории (1-го трака) поступают сходным образом. Вот еще примеры.
В XIII веке Чино да Пистойя (1270—1337) «упоминает произведения Сал¬люстия, которого он назвал повелителем историков, Цицерона, Вергилия, Ови¬дия, Сенеки, Ювенала, Кассиодора и Боэтия».
Вот у кого бы найти упоминания не «древних писателей», а авторов XI — XII веков: Дамиани, Пьера Абеляра и других! Да вряд ли это возможно. Пара¬доксально, но факт! Не найдем мы у авторов XIII века ссылок на авторскую литературу XII, а только фольклорные сюжеты «Древнего Рима». Реальный XII, да и XIII век тоже еще не знали фамилий (а в Византии обходились без них и позже), потому мы и утверждаем уверенно, что «абеляры» принадлежат XIV— XV векам.
Например автором «Золотой легенды» (XIII век) был Якопо из Варацце. Это литературоведы присвоили ему имя Якопо Ворагин!
«Гуманисты Возрождения, в частности испанский эрудит Х.-Л. Вивес, говорили, что «Золотая легенда» — беспорядочное собрание произвольно объе¬диненных рассказов. Имя автора в ранних рукописях обычно не упоминает¬ся».
По этой-то причине имена авторов XII века (Исайя, Гомер, Гесиод), став-шие известными с XIII века, остались полулегендарными. Но нам надо еще учитывать, что «подделыватели старины» умели подражать стилистике избран¬ной эпохи во всем. Даже в выборе псевдонимов для себя. И чтобы «выловить» теперь стилистические подделки, наша синусоида незаменима. Приведем при¬мер. Гвидо из Пизы, вместе с его творениями, датируют XII веком. Фамилии у него нет. О нем сообщается следующее:
«В компиляцию Гвидо из Пизы вошли также труды Исидора Севильского, старые латинские путешествия, обработки историй об Александре Великом Псевдо-Каллисфена, легенды о разрушении Трои, неполный пересказ «Энеи-ды», «Римская история» Павла Диакона».
И Александр Македонский, и «Энеида» Вергилия относятся к линии № 6. Потому и автора компиляции надо относить к линии № 6, ибо никого в ней нет, кто был бы выше линии № 6. Гвидо из Пизы — компилятор XIV века, и хроно-логизировать его надо по «византийской» волне.
Тут мы снова возвращаемся к «расхищенной» истории Византии.
Традиционная история говорит нам:
«Латинская литература Италии передала XIII и XIV столетиям зна¬ния, пусть и несовершенные, античной культуры (после их полного забвения в VI—XI веках?) и спасло от забвения народные легенды «мрачного Средне-вековья».
Вот в чем была цель создателей всей цепи «возрождений» X—XII веков! Спасти от забвения не высочайшие достижения культуры XIII — начала XIV века, а прежде всего легенды «необразованной» Европы, утвердить при-оритет ее литературы перед Византией, писатели которой первыми прошли этот путь. Вообще ликвидировать историю Византии!
Это в значительной степени удалось из-за разной специализации разных ученых. Один изучает Древнюю Грецию, другой — Византию. Один — литера¬туру, другой — живопись. Один — религиозные сюжеты, другой — эротичес¬кие. Если же свести эти знания воедино, получим цельную, последовательную и непрерывную историю.
Древнегреческий сатирик Лукиан (120—190 н.э., линия № 8) в «Диалогах гетер» дважды упоминает писателя VI века н.э. Аристенета (линия № 6), жив-шего якобы через 400 лет после его смерти. Для нас это еще не является доказа¬тельством хронологической ошибки, поскольку отдельный факт — не доказа¬тельство, ведь мы частенько встречаемся с позднейшими вставками в старин¬ные тексты. Доказательной хронологическая ошибка станет тогда, когда мы найдем подтверждения своим выводам, рассмотрев подробнее ситуацию в куль¬туре по этой линии № 6.
Существует стереотипное представление о византийской литературе как о сухой, назидательной и аскетичной. Оно настолько въелось в сознание, что автор предисловия к книге «Византийская любовная проза» С. Полякова была вынуждена специально пояснить читателю, что он встретит здесь «свободу ми¬роощущения, не скованную христианской религией и моралью, где господ¬ствует не Христос, а Эрот». Произведение Аристенета — роман типа того, что писал позже А. Моруа («Письма к незнакомке»), — он тоже выполнен в виде писем. Приводим отрывок переписки двух подруг. |
