| Теперь автору остается только дать свое представле¬ние об идеальном человеке. Это он и делает, рассказывая о путешествии в страну Гуигнгнмов, которые — о иро¬ния! — оказываются лошадьми.
Их жизни, простой и мудрой, где природа и разум на-ходятся в равновесии, Свифт противопоставляет алчные и смертоносные инстинкты людей, какими они ему ви¬дятся. Он считает, что зло заложено в человеческой при¬роде, и это роднит его с английским философом Гоббсом (1588—1679) и делает противником учения Жан-Жака Руссо (1712-1778).
Итак, по сатирическому замыслу Свифта, Гуигнгнмы есть не что иное, как люди, какими они должны быть, но, несомненно, никогда не будут. Слово "Гуигнгнм",
следуя излюбленному автором приему шифровки, читает¬ся как "Нош" (человек), тогда как "Yahou" соответствует-"I" (фонетически "ай"), что по-английски означает "Я".
Не будем удивляться этой путанице — Свифт был в ней на удивление изобретателен, и приемы шифровки, которые он использует, оказываются порой просто оше¬ломляющими. Так, Гулливер в Лилипутии произведен в "Nardac". Это соответствует титулу герцога. Английское "Duke" по-французски пишется "Due", что по-англий¬ски читается как "Duck" и переводится французским сло¬вом "Canard", перемешанные буквы которого дают... "Nardac"1. Это немного запутанно; но ведь и вся книга содержит словесную акробатику такого рода.
Таким образом, противопоставляя идеал человека его реальной сущности Йеху, Свифт проявляет одновремен¬но смирение и горечь. Следует сказать, что он сам всегда очень плохо переносил некоторые требования человече¬ской природы, в частности, относясь к пищеварительным функциям явно патологически. Именно поэтому, помимо социальной и политической критики, в "Путешествиях Гулливера " можно различить беспокойство автора, верую¬щего человека, растерянного и раздраженного несообраз-ностями человеческого существования. |
