| По-видимому, в художественной деятельности присутствуют оба на¬званных начала: искусство в состоянии и запечатлевать эстетически ценное, присутствующее в бытии, и вновь его созидать.
Сфера эстетического, что самоочевидно, неизмеримо шире области художественного. А вместе с тем творения искусства составляют некий максимум явленности эстетически ценного. Только в художественной деятельности эстетическое оказывается доминирующим и выдвигается на первый план. В иных же родах человеческих занятий, теоретических и практических, тоже отмеченных творческим началом, оно (если и присутствует) составляет сопутствующий и далеко не обязательный компонент.
И не случайно слова «эстетическое» и «художественное» использу¬ются в гуманитарной сфере (больше в околонаучной, чем собственно научной) как синонимы. Именно в искусстве эстетическое обретает полноту и глубину, ярко обнаруживая свои фундаментальные качества. И именно из эстетической предназначенности искусства органически вытекают как его познавательные возможности, так и присущие ему миросозерцательные начала — выражение в художественных произве¬дениях авторского сознания.
Творение искусства, по словам авторитетного ученого, «является одновременно моделью двух объектов — явления действительности и личности автора»1. Завершив разговор об эстетической доминанте искусства, мы теперь обратимся к этим (по преимуществу уже внеэсте-тическим) его граням, столь же неотъемлемым, — к внехудожествен-ным феноменам, которые неизменно «вбирают» в себя творения искусства. |
