| Едва ли не все, что было написано в кишиневский период или создано позже на материале тех лет, основывалось на реаль-ныхчрактах, на впечатлениях, полученных Пушкиным во вре¬мя поездок, от встреч и рассказов.
Подлинный случай лег в основу «Братьев-разбойников». Направляясь в южную ссылку и оказавшись попутно в Екатеринославе, Пушкин узнал здесь о действительном про¬исшествии с двумя братьями-разбойниками, совершившими дерзкий побег, хотя они и были скованы одной цепью. Бросив¬шись в Днепр, они достигли острова, где укрылись. «Их отдых на острове, потопление одного из стражей мною не выдума¬ны»,— сообщал Пушкин в письме к Вяземскому Несколько позже, уже в Кишиневе, поэт побывал в остроге, где видел Та¬раса Кирилова — «разбойника», а по существу народного мсти¬теля. Встреча эта напомнила о двух братьях, бежавших на во¬лю. Тогда же поэт набросал первый план будущей поэмы.
Известно, что и поэма «Цыганы» родилась из личных впе¬чатлений. Поэт кочевал с цыганским табором по Бессарабии и влюбился в черноокую Земфиру, дочь булибашй — старо¬сты цыган. Кончилась эталюбовная история тем, что юная красавица бежала из табора с молодым цыганом. Покинутый, как и его Алеко, поэт помчался было в погоню, но цыганки и след простыл.
А биография Сильвио? Разве его жизнь не напоминает ки¬шиневскую жизнь И. П. Липранди: веселое общество, холос¬тяцкие пирушки, карточная игра? К нему вполне относятся слова Пушкина, писавшего о своем герое Сильвио, что какая-то таинственность окружала его судьбу; он казался русским, а носил иностранное имя. Никто не знал причины, побудив¬шей его выйти в отставку и поселиться в бедном местечке, где жил он и бедно, и расточительно, держал открытый стол для всех офицеров. Никто не знал источника его доходов. У него была неплохая,библиотека, и он охотно давал читать книги, как Липранди давал их самому Пушкину.
Схож с прототипом ихам бЙр^аз рассказчика. — подполков-ника И. Л. П. (можно предположить, что'это переставленные инициалы И. П. Липранди). |
