| Переодевшись в платье сестры милосердия Франциски, монахини, которая за ним ухаживала в Тюремном лазарете, он наконец бежал, подпилив кандалы. Едва ли не самое трудное при осуществлении этого побега было справиться с головным убором монахини, довольно сложным сооружени¬ем. Непорядок в нём мог легко выдать беглеца. Но все обо¬шлось — туалет мнимой монахини оказался безупречным, хо¬тя юбки сильно мешали при быстрой ходьбе.
Не прошел Видок и получаса по нантской дороге, как услыхал три пушечных выстрела, возвещавших о его побеге.
В Нанте ему удалось раздобыть крестьянское платье, в ко¬тором он и продолжил путешествие. Путь его лежал в Аррас.
По дороге ему пришлось побывать погонщиком скота и пережить немало приключений.
Дома его не ждали. Родители считали непутевого сына давно погибшим. Пришлось сочинить длинный рассказ, ма* ло похожий на то, что случилось с ним на самом деле. Из его
исповеди мать и отец уясни¬
ли лишь одно — их сын на¬
ходится в бегах и ему грозит
арест. Надо было подыскать
надежное убежище. Решили
поместить его в окрестной
деревеньке у бывшего кар-
мелитского монаха, друга от--
ца. В то время (шел 1798 год)
священники совершали бо¬
гослужения тайно, поэтому
монах служил обедню в ри¬
ге. Видок стал его помощ¬
ником, пришлось вновь
облачаться в рясу. Свою
Эжен Франсуа Видок- должность он исполнял так
король риска' ловко, что можно было по-
думать, будто ничем другим никогда и не занимался. Заодно стал помогать монаху и в обу¬чении деревенских ребят. И с этой ролью он успешно справ¬лялся.
Все шло хорошо, никто не подозревал, что молодой мо¬нах — это беглый каторжник. Подвело его сластолюбие.
Однажды ночью, движимый ревностью к наукам, он соби¬рался давать уроки одной своей ученице на сеновале. Вдруг его схватили четыре дюжих парня, отвели в хмельник, разде¬ли и высекли крапивой. После чего вытолкали на улицу голым, покрытым волдырями.
'Незамеченным (благо была еще ночь) он добрался до до¬ма своего дяди, проживавшего неподалеку. Здесь, посмеяв¬шись над несчастьем, его намазали постным маслом и слив¬ками. Через несколько дней неудачливый донжуан навсегда покинул свое укрытие.
Дома он показаться не смел —' со дня на день могла нагря¬нуть полиция. Он решил отправиться в Роттердам, где нанял¬ся матросом на корабль, назвавшись Огюстом Дювалем из Лориана. Паспорта никто от него не потребовал. |
