| вратившись после утреннего обхода лазарета, полковой •ик Фридрих Шиллер начал упаковывать вещи. Отбирал шь самое необходимое, остальное приходилось бросать ь, в штутгартской квартире на Малом Рве. Особенно жаль о расставаться с книгами. Но с Шекспиром и томиком пштока так и не смог разлучиться. И как ни тесен был его мный дорожный саквояж, для них там все же нашлось
Когда все было уложено, наступила очередь сбросить стылевший мундир фельдшера — неуклюжий, довольно анный наряд, абсолютно непригодный для жизни,
сковывавший не только движения — казалось, и сам дух был в его плену. Как давно мечтал он освобо¬диться от этого облачения, леденящего душу, сколько вытерпел и перенес наказа¬ний из-за того, что часто форма бывала надета на нем не по инструкции.
х Теперь, в обычном одея¬
нии, его трудно было уз¬
нать. Ведь никто никогда не
видел полкового медика в
штатском. Год назад при на¬
значении в гренадерский
Молодой Фридрих Шиллер ИОЛ|С лекарем (без темляка -
офицерского отличия) с ни¬щенским окладом 18 гульденов в месяц генерал Оже передал ему августейшее повеление: «без права заниматься частной практикой и носить партикулярное платье».
Вещи погрузили на повозку, и лошади тронулись. Жребий был брошен. Как поется в народной песенке: «Прости-про¬щай, разлюбезный швабский край!» Путь его лежал к грани¬це, в чужие земли.
Беглец благополучно проехал по примолкшим ночным улицам. Миновал Эслингенские ворота. Вот и поворот на Людвигсбург — зимнюю резиденцию,.построенную в начале века герцогом Эвергардом Людвигом. |
