| В XIX веке слово «ирис» и в значении «цветок» имело ударение на втором слоге - сегодня ударение в этом слове зависит от значения. Небо может проясниться; дело - проясниться. Поговорка «Гол как сокол» — не о птице, а о бревне в стенобитной машине, отполированном до блеска. Багрить — работать багром; багрить — красить багряным цветом. Барочный - относящийся к барке; барочный — к барокко. Таким образом, постановка ударения значительно влияет на точность речи, формируя у слушателя вполне определенный индивидуальный смысловой контекст. Бесспорно, вызывает лишь улыбку сказанное учителем о Риме, рухнувшем под ударами варваров: «Колосс на глиняных ногах». Возникает нежелательная омонимия, препятствующая пониманию смысла. Неверная постановка ударения, приводящая к грамматическому искажению слова, показывается Ю. Боргеном в романе «Маленький Лорд» при описании школьного занятия:Омоформы в тексте Ю. Боргена уводят учительницу от важной проблемы урока: кто из пророков изображен на рисунке Доре, кто был сброшен в пропасть. Появилась лингвистическая проблема, становящаяся подобием негативного коммуникативного сценария, и ее следовало разрешить.
Современный русский язык располагает и результатами противоположной тенденции — к унификации форм, присущей меньшему кругу слов. Так, в любом значении слово «заговор» имеет ударение на первом слоге; слово «квартал» — на втором. Как правило, это не противоречит точности высказывания — одному из качеств грамотной речи, — но несовместимо с ее грамматической правильностью, действенностью и чистотой.
Акцентологические формы нередко определяют стилистическую характеристику слова. Это поэтизированное ударение на втором слоге в словах «шелковый», «честной»; на первом слоге — в слове «девица». Нормированный сегодня ударный второй слог в словах «должны», «должно» (при категории состояние «должно»), «общественный» А. А. Барсов в XVIII веке считал результатом «низкого влияния» [8]. К «обычному» слогу, в отличие от «высокого», относит он рецессивное ударение (на предлоге или частице): за море, до дому, из лесу и др. Рецессивное ударение закрепилось в формах «не жил», «не был», имеет профессиональную маркированность в словах «за борт», «по полю», народно-поэтическую определенность: поморю — по океану, ветер поморю гуляет, с белой зари до ночи (фразы взяты из сказочных строк Пушкина, ориентированных на фольклорную традицию), разговорный характер.
Логично мнение Я. К. Грота о неразработанности системы ударения в русском языке. Ему предшествовала позиция А. А. Барсова: «...особенных же и подробных правил о том, на
который точно склад в каждом слове ударение должно сделать... поныне из российских грамматиков никем не предано, по причине великих и может быть непреодолимых трудностей» [8. С. 79—80]. С другой стороны, каждая тенденция должна иметь подчиняющийся ей круг грамматических форм либо свод правил, тогда она станет закономерностью. Так определен свод словоформ, имеющих тенденцию к прогрессивным перемещениям при постановке ударения (оно устремляется ближе к концу слова у существительных женского рода и во множественном числе у существительных мужского рода — катера, трактора, у прилагательных), к регрессивным перемещениям (к началу слова — у существительных мужского рода ед. ч., у ряда форм глаголов), к продвижению ударения на корневую морфему (формы глаголов: искриться, уведомить, заиндеветь, ржаветь, но: перчить, солить).
В русском языке существуют следующие тенденции при постановке ударения.
1. Тенденция к словообразовательному и словоизменительному единству, на акцентологическом уровне поддерживающая принцип сохранения морфем. Таковы пары, сохраняющие ударение на одном слоге: грабли — граблей, тамбур — тамбуры, месяц — месяцы, бампер — бамперы, офицер — офицеры, вечер — вечеря. Ошибочна подвижка ударения по типу красивее, по людям, исчерпал, вечеря и др., поскольку в начальных формах этих слов ударение на другой морфеме: красивый, люди, исчерпать (черпать), искриться (искра). Но сохранение ударения на единой морфеме — лишь тенденция, поскольку многие слова ей не подчиняются: большой — больше, глубокий — глубина, путь — путевой и др.
В русском языке ударение подвижное, оно при формообразовании, тем более при словообразовании, может перемещаться с одной морфемы на другую: директор — директора, ученик — ученики, но лектор — лекторы; профессор — профессора, но асессор — асессоры. Приходится признать, что все попытки кодифицировать словообразовательную зависимость ударения приводят к огромному числу правил, из которых не
менее велико количество исключений. И все же говорить о деривационной аналогии необходимо, поскольку она соблюдается во многих словах: знахарь — знахарка, клей — клеить, ржавчина — заржаветь, кожаный — кожанка, иней — заиндеветь и др. Нарушение тенденции — в словах «иконопись», «донельзя», «гербь!», «бальг», в допустимой форме «великовозрастный». |
