| В пьесе же такого широкого взаимодействия быть не может. Так, в инсценировке «Анны Карениной», поставленной на сцене Московского Художественного академического театра, лишь одна сюжетная линия: Анна — Каренин, Вронский.
В связи с неизбежным расхождением эпического и драматического вариантов художественного произведения Достоевский, например, считал малоцелесообразными инсценировки и лишь в крайнем случае соглашался на них, требуя, однако, максимального упрощения сюжета. Он писал В. Оболенской: «Насчет же Вашего намерения извлечь из моего романа (речь шла о «Преступлении и наказании».— Г. А.) драму, то, конечно, я вполне согласен, да и за правило взял никогда таким попыткам не мешать; но не могу не заметить Вам, что почти всегда подобные попытки не удавались, по крайней мере вполне.
Есть какая-то тайна искусства, по которой эпическая форма никогда не найдет себе соответствия в драматической. Я даже верю, что для разных форм искусства существуют и соответственные им ряды поэтических мыслей, так что одна мысль не может никогда быть выражена в другой, не соответствующей ей форме.
Другое дело, если Вы как можно более переделаете и измените роман, сохранив от него лишь один какой-нибудь эпизод, для переработки в драму или, взяв первоначальную мысль, совершенно измените сюжет...».
Третьей существенной особенностью драмы является воспроизведение в ней событий как совершающихся в настоящее время. Вследствие того что драма основана исключительно на самовыявлении действующих лиц, драматическое действие пред¬стает перед зрителями как протекающее только сейчас. Поэтому драма с наибольшей по сравнению с другими родами поэзии силой воздействует на чувства людей.
Чтобы возможность такого воздействия претворилась в полноценную художественную реальность, поэтическая иллюзия должна сочетаться со сценической. Гоголь говорил, что драма живет только на сцене. Сцена облекает в плоть и кровь образы драмы, соединяет наглядность поэтического впечатления с не¬посредственными зрительными и слуховыми восприятиями. Не как живые, а именно живые любят, радуются и страдают на сцене шекспировские Ромео и Джульетта, бродит по степи, под дождем и ветром, оскорбленный и несчастный отец — Лир, совершают свои ужасные преступления Макбет и его зловещая подруга жизни, в тягостном раздумье пытается найти ответы на неразрешимые для него вопросы Гамлет.
Не только слово актера, но и выражение лица, его жест многое говорят уму и сердцу зрителей. Когда патриарх в пушкинской трагедии «Борис Годунов» передает рассказ пастуха о чудесном исцелении у гроба царевича Димитрия, никто не говорит ни слова. Но общее смущение всех присутствующих, то, что Борис несколько раз во время речи патриарха отирает лицо платком, красноречивее слов дают понять зрителям ту бурю чувств, которая бушует в груди преступного царя. Чего не в силах выразить слова Катерины («Гроза» Островского), остав¬ляемой Борисом на произвол судьбы, договаривает ее взгляд, которым она провожает уходящего от нее навсегда Бориса. Иллюзия подлинного, живого, теперь перед нами совершающегося и создается сценическим воплощением драматического произведения. Мы слышим, как говорят персонажи драмы, мы видим, что они делают и в какой обстановке происходят их действия, мы ловим их улыбки и следим за их слезами, нам внятен издаваемый ими возглас торжества или вздох страдания,— вся полнота протекающей жизни дается театром.
Так же как и другие роды поэзии, драма в ее историческом развитии подразделилась на ряд видов.
Трагедия. Одним из значительнейших видов драматической поэзии явилась трагедия, которая, как и эпопея, получила наи-более яркое выражение в Греции. Расцвет древнегреческой трагедии относится к V веку до н. э. К этому времени греческая поэзия, как мы уже знаем, имела высокие образцы эпоса и лирики. Множество драматических эпизодов, имевших место в эпосе, составили основу для сюжетов драмы. Недаром Эсхил говорил, что он питался крохами от роскошной трапезы Гомера. Завоевания же лирической поэзии (особенно Ариона и Пиндара) создавали нужную почву для глубокого проникновения во внутренний мир человека. Преемственные связи с предшествую¬щей поэзией были для древнегреческой драмы исключительно благоприятны: она опиралась на великие достижения эпоса и лирики.
Своими корнями древнегреческая трагедия уходит в дифирамбы и другие обрядовые песни в честь Диониса. Дионис, по мифологическим представлениям древних греков, бог винограда и виноделия. С его именем связывались сельскохозяйственные работы людей, весеннее обновление природы, щедрые дары земли, обрабатываемой руками человека. Порождение мифологи¬ческой фантазии древних греков, образ Диониса был особенно близок его творцам. Дионис не принадлежал к олимпийцам. По преданию, сын Зевса и смертной женщины (Семелы), этот бог был в то же время настолько человеком, что его судьба живо волновала древних греков, видевших в жизни, страданиях и торжестве Диониса воплощение и своих собственных судеб.
Песни, сопровождавшие жертвоприношения Дионису, исполнялись хором, возглавленным запевалой — корифеем. Корифей пел о событиях в жизни Диониса, а хор выражал свое отношение к ним. По своему характеру песни в честь Диониса различны. В одних корифей повествовал о страданиях и гибели Диониса,— и хор печалился о злоключениях излюбленного божества. В других корифеем рассказывалось о воскресении и торжестве Диониса,— и хор ликующе пел о победе жизни над смертью. От мрачных песен о страданиях Диониса наметился путь к трагедии, от веселых — к комедии и близкой к ней драмы сатиров. Пройдя путь длительного и многостороннего развития, древнегреческая трагедия достигает своего расцвета в V веке до н. э. Творцами ее выступают великие писатели античного мира Эсхил, Софокл и Еврипид. |
