| Формы синонимического повтора, характерные преимущественно для фольклора, типа «море-окиян», «путь-дорога»,«грусть-тоска», «травушка-муравушка», специально сформированы как средство художественного воздействия и не являются речевой ошибкой.
От ошибочных явлений следует отличать тавтологические фразеологизмы, в том числе фольклорные, типа «Знать не знаю, ведать не ведаю», «Скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается», «Беда бедой беду затыкает», «Рука руку моет». Тавтология организует многие структуры латинской апофегматики, как фольклорной, так и авторской: «Fabricando fit fa-ber — age quod agis» («Мастер создается трудом — делай же, что делаешь»); «Imperare sibi maximum imperium est» {Цицерон: «Властвовать над собой — величайшая власть»). Это не ошибки, а устойчивые паремические словосочетания, которым присуща художественная функция.
Примеры таких образований многочисленны в сказках, в том числе литературных, построенных по фольклорным моделям: ждет-пождет, тянет-потянет (глагол + глагол), жить-поживать, смотреть-посматривать, играть-поигрывать, лежать-полеживать (инфинитив + инфинитив), зорю зоревать (существительное + глагол), горе горькое, воля вольная, чудо чудное, диво дивное, сила сильная (существительное + прилагательное), сказка сказывается, дело делается (существительное + глагол; предикативное ядро). При образовании второго компонента возможны суффиксация, префиксация, полный повтор. Нередко фольклорные сочетания со значением элятива (высокая степень качества без сравнения с другими) образуются по модели агглютинации, в том числе той, что в первобытных языках и в детской речи обозначала увеличение степени качества: большой-большой, плохой-плохой, быстро-быстро. У истоков такой агглютинации — первичный детский лепет, к которому большинство лингвистов возводит слова «мама», «папа», «баба», «дядя», «тятя» и пр. Для усиления смысла использовали простейший способ: дважды произносили слово — и новообразование, по первичным представлениям, стало нести больший информативный и экспрессивный смысл. |
