| Следует особо отметить и такие виды строф, которые сыграли большую роль в развитии поэзии: терцины, октавы, сонеты. Терцины представляют собой трехстишные строфы с весьма оригинальным способом рифмовки. В них первый стих первой строфы рифмуется с третьим, второй стих первой строфы— с первым и третьим второй строфы, второй стих второй строфы — с первым и третьим третьей строфы и т. д. Заканчи¬вались терцины дополнительным стихом, рифмующимся со вторым стихом последнего трехстишия. Схема терцины:
а б а; б в б; в г в; г д г; д е д.
Терцинами написана «Божественная комедия» Данте. В русской поэзии терцинами иногда писали Пушкин, Блок, Брюсов... В качестве образца приведем навеянные «Божественной комедией» Данте терцины А. Блока «Песнь Ада». Вот три последние строфы этой «Песни» и замыкающая все стихотворение последняя отдельная строка:
Но мой удел — могу ль не звать ужасным? Едва холодный и больной рассвет Исполнит Ад сияньем безучастным,
Из зала в зал иду свершать завет, Гоним тоскою страсти безначальной,— Так сострадай и помни, мой поэт:
Я обречен в далеком мраке спальной, Где спит она и дышит горячо, Склонясь над ней влюбленно и печально,
Вонзить свой перстень в белое плечо!
Октавой называется восьмистишная строфа, в которой рифмуется первый стих с третьим и пятым, второй стих — с четвертым и шестым, седьмой стих — с восьмым. Схема октавы:
абабабвв Замечательное применение октава нашла в ряде произведений Пушкина. Например:
Четырехстопный ямб мне надоел: Им пишет всякий. Мальчикам в забаву Пора б его оставить. Я хотел Давным-давно приняться за октаву.
А в самом деле: я бы совладел С тройным созвучием. Пущусь на славу! Ведь рифмы запросто со мной живут: Две придут сами, третью приведут.
Встречаются октавы и в произведениях поэтов последующего времени (например, у Майкова). В зарубежной литературе октавами было написано в свое время такое значительное произведение, как «Освобожденный Иерусалим» Торквато Тассо.
Своеобразное строфическое строение характеризует сонет — особую форму четырнадцатистрочного стихотворения, возник-
шую еще в XIII веке в Италии. Классическое выражение сонет получил у Петрарки, написавшего их свыше трехсот.
Писали сонеты в последующие века такие великие художники слова, как Шекспир, Пушкин, Блок...
В своей канонической форме сонет состоит из двух четверостиший (катренов) и двух трехстиший (терцетов). В четверостишиях были узаконены два сочетающихся друг с другом способа рифмовки: опоясанной (кольцевой) и смежной. В трехстишиях тоже два, иногда и три способа, но других, отличающихся от рифмовки в четверостишиях. Нужно, однако, заметить, что сонет не всегда предстает в своей канонической форме. Так, Шекспир, например, создавал сонеты, состоящие из трех четверостиший и заключительного двустишия, а Пушкин, сохраняя деление сонета на два четверостишия и два трехстишия, нарушал обычные для этой четырнадцатистрочной строфы способы рифмовки. Сравним каноническую форму сонета Петрарки и форму пушкинского сонета.Социальная сеть для музыкантов с каждым днём всё популярнее?
Сонет Петрарки
Благословен день, месяц, лето, час И миг, когда мой взор те очи
встретил! Благословен тот край и дом тот
светел, Где пленником я стал прекрасных
глаз!
И в наши дни пленяет он поэта: Вордсворт его орудием избрал, Когда вдали от суетного света Природы он рисует идеал.
Благословенна боль, что в первый
раз Я ощутил, когда и не приметил, Как глубоко пронзен стрелой,
что метил Мне в сердце бог, тайком разящий
нас!
Благословенны жалобы и стоны, Какими оглашал я сон дубрав, Будя отзвучья именем мадонны! Благословенны вы, что столько слав Стяжали ей, певучие канцоны,— Дум золотых о ней единый сплав!
(пер. В. Иванова)
Мы видим, что сонет Петрарки строго выдерживает установленную форму его строфического строения. В обоих четверостишиях принятые два способа рифмовки — опоясанная (кольцевая) и смежная и два вида самих рифм: в первой и четвертой строчках обоих четверостиший соответственно рифмуются час— глаз, раз — нас, а во второй и третьей обоих же четверостиший рифмуются встретил — светел, приметил — метил. В трехстишиях также два вида рифм, но рифмовка другая — пере¬крестная: первая строчка первого трехстишия рифмуется с третьей первого и со второй второго трехстишия (стоны — мадонны — канцоны), вторая же строчка первого трехстишия с первой и третьей второго трехстишия (дубрав — слав — сплав). Иное строение пушкинского сонета. Хотя и он состоит из двух четверостиший и двух трехстиший, но внутренняя его организация отлична от сонета Петрарки. Во-первых, опоясанной рифмовки в нем вообще нет, что же касается смежной, то она связывает лишь две строки и не в четверостишии, а в первых двух стихах первого трехстишия. Во-вторых, не все рифмы другие, чем в четверостишиях. Так, одна мужская рифма проходит через весь сонет, звучит во всех катренах и терцетах: изливал, облекал, избрал, идеал, заключал, забывал. Нечего и говорить, что внесенные Пушкиным изменения в строение сонета ни в коей мере не снижают величия и красоты пушкинского произведения, а лишь придают ему новое звучание.
Особая четырнадцатистрочная строфа была создана Пушкиным в романе «Евгений Онегин». Эта строфа состоит из трех четверостиший и заключительного двустишия. В первом четверостишии перекрестная рифмовка, во втором — смежная, в третьем — кольцевая, последние два стиха рифмуются друг с другом. Такими строфами написан весь роман (за исключением писем Татьяны и Онегина). Например:
И вот из ближнего посада Какая радость: будет бал!
Созревших барышень кумир, Девчонки прыгают заране.
Уездных матушек отрада, Но кушать подали. Четой
Приехал ротный командир; Идут за стол рука с рукой;
Вошел... Ах, новость, да какая! Теснятся барышни к Татьяне,
Музыка будет полковая! Мужчины против, и, крестясь,
Полковник сам ее послал. Толпа жужжит, за стол садясь.
Строение пушкинской строфы позволило гениальному поэту совершенно свободно развивать повествование, придавая в нужных случаях стиху то разговорную интонацию, то лирическую напряженность.
Тоническая система стиха. Дальнейшее развитие реализма и народности русской поэзии связано не только с продолжающимся и поныне совершенствованием силлабо-тонической системы стихосложения, но и со все более широким применением тонического стиха, уходящего своими корнями в ритмическую организацию русского народного стихосложения. Основным поборником тонического стиха в современной поэзии явился В. Маяковский, использовавший его наряду с силлабо-тоническим.
Тоническая система, так же как и устная народная поэзия, основывается на равном количестве ударных слогов в соотносимых друг с другом стихах. Допускается возможность относительного соблюдения этого принципа (количество ударений может быть лишь приблизительно равным). В отличие от народного стиха эта система использует в качестве необходимо-
го ритмического элемента рифму, которой в народном стихе, как правило, не было.
Чтобы понять особенности русского тонического стиха, наиболее полно и выразительно проявившиеся в поэзии Маяковского, нужно принять во внимание и своеобразное графическое членение его стихов на так называемые строчечные доли.
В то время как в силлабо-тонике стих совпадает со стихотворной строкой, у Маяковского он в большинстве случаев ае совпадает с ней. Вот, например, четыре стиха, занимающие двенадцать строчек:
• Я меряю
по коммуне
стихов сорта, в коммуну
душа
потому влюблена, что коммуна,
по-моему,
огромная высота, что коммуна,
по-моему,
глубочайшая глубина.
Как видно из схемы, в этих стихах нет того равномерного чередования ударных и неударных слогов, какое имеет место в силлабо-тонической системе. Здесь ритм основан не на этом, а на равном количестве ударений в соотнесенных между собой рифмующихся стихах (в данном примере во всех четырех стихах равное количество ударений — по четыре в каждом). В не соотносимых друг с другом стихах количество ударений может быть неодинаковым. Количество же безударных слогов, а тем самым и место ударных слогов в стихах различны. |
