| Язык действующих лиц как особый предмет художественного изображения. Глубоко и тонко охарактеризовал особенности языка действующих лиц (на примере произведений «романного жанра») М. М. Бахтин. Он справедливо написал: «Говорящий человек и его слово в романе есть предмет словесного же и художественного изображения. Слово говорящего человека в романе не просто передается и воспроизводится, а именно художественно изображается и притом — в отличие от драмы — изображается словом же (авторским)».
М. М. Бахтин останавливается на одной из строф, посвященных Ленскому в великом пушкинском романе в стихах:
Он пел любовь, любви послушный, И песнь его была ясна, Как мысли девы простодушной, Как сон младенца, как луна...
и далее пишет: «Поэтические символы этой строфы ориентированы сразу в двух планах: в плане самой песни Ленского — в смысловом и экспрессивном кругозоре «геттингенской души» и в плане речи Пушкина, для которого «геттингенская душа» с ее языком и с ее поэтикой — новое, но уже становящееся типическим явление литературного разноречия эпохи: новый тон, новый голос в разноголосице литературного языка, литературных мировоззрений и управляемой этими мировоззрениями жизни. Другие голоса этого литературно-жизненного разноречия:
байронически-шатобриановский язык Онегина, ричардсоновский язык и мир деревенской Татьяны, уездно-бытовой язык усадьбы Лариных, язык и мир петербургской Татьяны и другие языки, в том числе и различные меняющиеся на протяжении произведения непрямые языки автора».
Синонимы и антонимы. Мы говорили, что язык литературного произведения, или, как его иначе называют, художественная речь, вовсе не состоит из какого-то особого набора поэтических слов, а использует все богатство как литературного, так и «речевого» языка того или иного народа. Создание художественных образов, которые должны вызвать многочисленные ассоциации, обогатить наше познание жизни и очеловечить наше отношение к ней, требует огромной работы писателя.
Найти нужное, наиболее точное для данного случая слово — дело нелегкое. Когда-то Надсон написал даже стихотворение о «муках слова». И не одним Маяковским выстраданы слова: «Изводишь единого слова ради тысячи тонн словесной руды». Черновые рукописи поэтических произведений убедительно демонстрируют тщательность, кропотливость, а порою грандиозность и, можно сказать, подвижничество, проявленные в творческом труде замечательными художниками.
Войти в рассмотрение всех словесных богатств даже одного писателя невозможно — слишком необозримо открывающееся перед нами поле для наблюдений. Да это и не нужно. Достаточно на примере некоторых различных языковых явлений, находящих свое место в творениях литературы, уяснить их значение, выявить их содержательную функцию. Только такой путь — проникновение через отдельное в закономерности общего — представляется здесь единственно возможным.
Поиски писателем необходимого слова ярко выражены, в частности, в выборе им синонимических слов и выражений. Синонимы— слова, близкие по своему значению. Создание синонимов фиксирует различные оттенки в близких, но не тождественных явлениях и понятиях. На значение выбора нужного синонима хорошо было указано в «Опыте Российского сословника» Д. И. Фонвизина. Комментируя такие синонимические слова, как старый, давний, старинный, ветхий, древний и заматерелый, Фонвизин писал:
Приведенные Фонвизиным синонимы не устарели, как мы
видим, и для нашего времени. Лишь одно только слово из употребленных им —«заматерело»— отжило свой век.
А вот комментарии Фонвизина к синонимам «всегда» и «не-престанно».
Всегда — значит во всякое время, при всяких случаях, во всяком положении. Непрестанно — значит без остановки, без прерывания. Не тот писатель хорош, кто пишет непрестанно, но тот, кто пишет всегда хорошо.
Отбор писателем из ряда синонимических слов одного нужного ему для.наиболее точной передачи какого-либо факта, мысли, чувства является существенным элементом его работы над "
языком литературного произведения.
Употребление синонимических слов и выражений помогает
писателю разнообразить речь, избегать повторений. Приведем замечательный пример использования Гоголем синонимических выражений, которые он находил в богатейшем по смысловым оттенкам русском языке. Гоголь писал о Чичикове:
О чем бы разговор ни был, он всегда умел поддерживать его: шла ли •
речь о лошадином заводе, он говорил и о лошадином заводе; говорили ли о
хороших собаках, и здесь он сообщал очень дельные замечания; трактовали
ли касательно следствия, произведенного казенною палатою,— он показал,
что ему небезызвестны и судейские проделки; было ли рассуждение о бильярдной игре — и в бильярдной игре не давал он промаха; говорили ли о добродетели, и о добродетели рассуждал он очень хорошо, даже со слезами на
глазах; об выделке горячего вина — ив горячем вине знал он толк; о таможенных надсмотрщиках и чиновниках — и о них судил так, как будто бы он
сам был и чиновником и надсмотрщиком. t
Здесь мы видим два ряда синонимических выражений: один —
отнесенный к собеседникам Чичикова, другой — к нему самому,
причем эти синонимические выражения в обоих рядах однозначны. В первом ряду—«шла ли речь», «говорили ли», «трактовали ли», «было ли рассуждение». Во втором ряду—«говорил»,
«сообщал», «показывал», «не давал промаха», «рассуждал»,
«знал толк», «судил». Все приведенные нами слова и выражения
в контексте гоголевской фразы синонимичны и выполняют здесь
определенную задачу: крупным планом дать ведущую черту героя поэмы — его поразительное умение приспособиться к об- *
стоятельствам и лицам, мгновенно постигая характеры и интересы собеседников.
Находят свое применение в поэтическом языке и а н т о н и -м ы, то есть слова, противоположные по своему значению. Они употребляются преимущественно в тех случаях, когда писателю нужно резко противопоставить друг другу различные явления, создать впечатление контраста. Примером такого употребления антонимов может служить пушкинское описание различия между
Употребляются антонимы и для того, чтобы всячески подчеркнуть противоречия внутри одного явления. Примером может послужить знаменитая некрасовская характеристика старой Руси:
Ты и убогая,
Ты и обильная,
Ты и могучая,
Ты и бессильная,
Матушка-Русь!
Употребление синонимов и антонимов далеко не исчерпывает, конечно, возможностей использования писателями огромного богатства смысловых оттенков слова, во многом зависящих от того определенного контекста, в котором слово получает нужное осмысление. Это лишь частный, хотя и важный, случай такого использования. |
