| Но как ни важно само по себе изображение жизни, литера-тура отнюдь не ограничивается им. Она, по словам Чернышевского, и объясняет воспроизведенное. Например, мы не только знакомимся в романе «Что делать?» с представителями старой России (Сторешниковым, Сержем, Марией Алексеевной Розальской и другими) и с людьми новыми (Рахметовым, Лопуховым, Кирсановым, Верой Павловной и другими), но и узнаем из романа, почему формируются именно такие характеры, что определяет судьбу людей.
Глубокое поанание жизни дают все подлинно художественные творения литературы. Пушкин в «Евгении Онегине» и Лер-монтов в «Герое нашего времени» показывали, при каких общественных обстоятельствах «герои времени» становились тогда «страдающими эгоистами». Тургенев в «Рудине» и Некрасов в «-Саше» объясняли, что вызвало к жизни «лишних людей» и какова была их роль в русской жизни середины прошлого века. Горький в повести «Мать» осмыслил исторические условия жизни России эпохи первой русской революции, показал пути революционного движения пролетариата, раскрыл закономерность его грядущей победы и его чудесного человеческого роста.
Объяснение жизни естественно подводит к приговору над ней. Исследуя в «Анне Карениной» различные проявления «личной, тягостной, праздной жизни» светского общества, Л. Толстой пришел к решительному осуждению этого общества с царящими в нем «злом и обманом» и представил читателям красоту «общей, трудовой, прелестной» жизни народа, которую он все яснее видел и к которой все сильнее стремился.
Русские революционные демократы внесли неоценимый вклад в понимание цели искусства и литературы, роли художественных произведений в общественной жизни. Они выдвинули на первый план и с большой полнотой охарактеризовали идейное, нравственное, эстетическое назначение как отдельных литературных произведений, так и литературного творчества в целом. Белинский, который проанализировал идейно-художественные богатства пушкинской поэзии, высказал уверенность в том, что в будущем произведения великого поэта будут воспитывать эстетическое и нравственное чувство. А Чернышевский писал: «Поэты— руководители людей к благородному понятию о жизни и к благородному образу чувств: читая их произведения, мы приучаемся отвращаться от всего пошлого и дурного, понимать очаровательность всего доброго и прекрасного, любить все благородное; читая их, мы сами делаемся лучше, добрее, благороднее».
Мысли классиков русской критики прошлого века о назначении литературы оказались очень близкими основоположникам научного социализма. К. Маркс, Ф. Энгельс и В. И. Ленин так-
же видели в искусстве и литературе могучее орудие познания жизни и воспитания людей, средство их духовного обогащения. В то же время, исследовав и осмыслив истинные законы общественной жизни, они внесли новый неоценимый вклад и в разработку вопроса о назначении искусства и литературы.
Маркс, Энгельс, Ленин о назначении искусства и литературы. Существеннейшей особенностью человеческой деятельности Маркс считал ее осознанно-целенаправленный характер. Деятельность людей не ограничивается, как это имеет место у животных, ее соответствием лишь одному виду, а характеризуется способностью человека производить в соответствии с мерой каждого вида и подходить к любому предмету с соответствующей именно ему мерой понимания и оценки. Отсюда, по мысли Маркса, вытекает возможность для людей творить и по законам красоты.
Высшей формой творчества по законам красоты является искусство. Художники, изображая явления жизни, соотносят их с идеалами прекрасной жизни. Этим и определяется способность искусства и литературы воспитывать в людях активное отношение к жизни, стимулировать их деятельность по очеловечиванию мира и самих себя.
Искусство, неизменно подчеркивали классики марксизма-ленинизма, призвано давать наслаждение, радость. В этом в конечном счете его высокое эстетическое назначение.
К. Маркс писал о том, что наличие предмета искусства «создает публику, понимающую искусство и способную наслаждаться красотой»1. |
