| Служебные части речи - такие, в которых наиболее тесно переплетаются морфологические и синтаксические характеристики. Союз, предлог и частица практически лишены смысла — они могут лишь организовывать фразу. Онидолжны прежде всего способствовать ее логическому построению, и в этом — их синтаксическая предназначенность. Это отмечает Ф. Кривин, которому передадим слово:
Служебные слова сами не высказываются, но они помогают высказываться другим. Допустим, кто-то говорит: «Все, что ни делается, то клучшему». А другой уточняет: «Все, что не делается, то к лучшему». Ведь это, согласитесь, существенное уточнение. И кто его вносит? Служебные слова. Или другой пример, тоже из жизни. Некоторые родители уходу за ребенком предпочитают уход от ребенка. Лицемерно похожие существительные - уход и уход, но зато -за и от- откровенно различные предлоги. Когда молчат существительные, говорят служебные слова. Но правда все равно будет сказана.
(Кривин Ф. Д. Хвост павлина. -Ужгород, 1988. - С. 584.)
Служебные части речи, таким образом, принимают участие в создании контекста, в котором значение знаменательных слов, в том числе энантиосемичных и омонимичных, становится ясным.
Известно, что предлоги «благодаря», «согласно», «вопреки» требуют после себя существительных в дательном падеже: согласно правилу, благодаря закону. Несколько десятилетий назад было распространено употребление слов в родитель¬ном падеже при предлоге «согласно»: «Отдыхайте, товарищи дорогие, согласно кодекса труда» (М. А. Булгаков). Но уже Ильф и Петров иронизируют над бухгалтерским афоризмом: «Согласно законов гостеприимства...». Теперь такая форма ошибочна; но вот в газете «День седьмой» за 3 мая 1998 года встречаем: «Совхоз живет согласно принципа "Кто не работает — тот не ест "». Безусловно, слово «принцип» следовало употребить в дательном падеже; и сообщение по радио об ответственности «согласно постановления главы администрации» (5 мая 1998) — частая в официально-деловой речи и тем более значительная ошибка. Частое ошибочное употребление слов в родительном падеже не меняет смысла, однако ошибка очевидна: допущено нарушение нормативной валентности слов.
Предлог по при формировании смыслового поля «в результате», «после» требует существительного в предложном (а не дательном) падеже: по окончании, по предъявлении, по прошествии, по прибытии и т. д.
Нормативно предложно-префиксальное повторение (приставка предполагает аналогичный предлог) в структурах «заплатить за» (что-либо), «сходить с» (чего-либо), «отличать от» (чего-либо); конструкция «оплатить за продукты» не нарушает смысла, однако валентность слова нарушена, и такое словоупотребление ошибочно. Можно отличать книгу от тетради, но если различать, — то книгу и тетрадь. Когда автор монографии отмечает, что «звуки отличаются по твердости—мягкости, звонкости — глухости», он делает ошибку: следовало употребить форму «различаются». Не всегда помогают выразить одно значение слова «вследствие» и «благодаря». Второе имеет семантический оттенок положительности, и ничто не может произойти, предположим, благодаря ката¬строфе, войне или разгрому.
Нарушение грамматической правильности речи, связанное с неверным употреблением служебных слов, предполагает иногда соответствующее искажение грамматических форм знаменательных частей речи. П. А. Вяземский стремится увидеть «солрзмежду граждан и троном». В XIX столетии это было допустимо, но сегодня ошибочно: один из однородных членов дан в родительном, другой в творительном падеже, в то время как предлог «между» требует слов исключительно в едином падеже. Чаще всего это творительный; употребление родительного падежа в этом случае ограничено.
В настоящее время русская речь засорена многочисленными частицами, лишенными смысловых эквивалентов: ну, это, вот; значение частиц имеют некоторые жаргонизированные формы (как бы, типа). Их наличие свидетельствует о неопределенности коммуникативных намерений, отсутствии позиции и дефиците навыков подлинного общения. Единственный способ преодолеть этот недостаток — изгнание из собственной речи слов, лишенных смысла. |
