| Не должны склоняться и иноязычные названия, оканчивающиеся на -о, -е, -и: в городе Хельсинки, в Гумри, на реке Шпрее, в городе Плоешти. Иноязычные географические на-звания (топонимы) имеют падежную парадигму, если оканчиваются на -а, -я, -ы (в последнем случае создается аналогия существительным pluraliatantum). Так, можно побывать в Хельсинки, в Бордо, на Сикоко, в Галле; но в Барселоне, в Ге-нуе, в Афинах.
В парах Львовым — Львовом; Пушкиным — Пушкином соответственно представлены фамилии и названия населенных пунктов. Названия населенных пунктов на -о, склоняясь, как имена существительные, имеют в творительном падеже флексию -ом, в то время как фамилии, соотносимые с притяжательными прилагательными, —ым. Для устной речи это было бы несущественно, если бы не названия вроде Трубино, Копнино, Строгино, имеющие финальное (наконечное) ударение, отчетливо звучащее при произношении как дифференцирующий фактор. Склонение таких названий показано в книге М. Горбаневского «Тайны московских улиц» при упоминании рода Ховриных-Головиных: «Они же владели селом Голо-вином, находившимся поблизости, и еще одним селом — Ховри-ном». Первое название отчетливо иллюстрирует норму произношения, отличающуюся от нормы склонения фамилий. Так, представитель рода Головиных оказался бы Головиным, и окончание творительного падежа соответствовало бы флексии притяжательного прилагательного.
Парадигму склонения должны иметь и названия населенных пунктов типа Косово, Корделево (в Косове, в Валеве и др.), образование названий которых осуществляется по славяноязычной модели.
О традиционных вариантах падежных окончаний существительных {нет меда — бочка меду; вышел из народа — много народу) отдельно говорить не будем, поскольку эти формы достаточно подробно освещены в существующих учебниках и пособиях. Но родительный падеж с окончаниями -ей, -ов, -ев или нулевыми — постоянный камень преткновения для всех изучающих язык. В переводе Стендаля читаем:« — Нет здесь больше никаких полковников!» — воскликнул один из гусаров и пришпорил лошадь» («Пармский монастырь»). Гусаров или гусар? Есть ведь «эскадрон гусар летучих»! Нулевое окончание в родительном падеже множественного числа имеют существительные, обычно употребляющиеся при обозначении групп предметов и действующих лиц (собирательное значение). Такие слова обозначают лиц по характеру воинских соединений: полки гусар, драгун, кирасир, гардемарин, улан, а также солдат. Конечно, есть и такие слова из этой группы, где окончание -ов прочно закрепилось: саперов, десантников, танкистов — очевидно, что это обозначение относительно новых воинских специальностей (но многосложное: кавалергардов). Нулевое окончание присуще обычно словам в родительном падеже множественного числа, обозначающим парные предметы: глаз, губ, ног, сапог, погон, эполет, ботинок. С нулевой флексией в родительном падеже употребляются и слова, обозначающие единицы измерения (вольт, ампер, ватт, рентген); но: килограммов, гектаров.
При назывании овощей и фруктов сохраняется окончание -ов, практически ушедшее из устной речи, но тем не менее нормативное: помидоров, апельсинов, бананов, абрикосов.
Сложносоставные слова типа «ясли-сад», «вагон-ресторан», «диск-жокей» могут иметь как один, так и два изменяемых компонента,* что зависит от семантической и грамматической доминанты. Если доминирующая семантика присуща первому компоненту (обозначение более широкого или хронологически более раннего понятия), он формирует родовую принадлежность сложного слова и предопределяет два изменяющихся элемента: вагона-ресторана, новых яслей-сада, недавно возникшей фирмы-изготовителя, шерстяное платье-костюм, прежнему заводу-производителю. Такие слова в типологии Н. М. Шанского называются составными. Путеводитель по Подмосковью отмечает: «5 августе 1970 го-да здесь открыт музей-усадьба Ф. И. Тютчева». Действительно, «музей-усадьба» — составное слово мужского рода со склонением обоих компонентов: «музей» — стержневое понятие, оно и определяет грамматическую модель. |
