ОСВОБОЖДЕНИЕ
18-й год XIX века не ознамень ода"' событиями Д-не было ни войц, ни в истории России с тем в этот год случилось вескоИ пеРевоРотов-и совершались негромко, а событии' которым, хотя они но возившего ее полюбоваться на отрубленную голову, скрывать любовные похождения и увлечения царствующей особы не считали нужным.
Личная жизнь императоров и императриц была открытой, почти публичной. Отчасти этой открытости способствовали и дворцовые перевороты, когда гвардейские полки стали непременными участниками семейных разборок...
Но после правления Павла все сразу переменилось.
И хотя о похождениях и Александра I, и Николая I сложено немало легенд, и судачили об этом тогда тоже достаточно много, но ни одно любовное увлечение уже не способно было повлиять на ход истории. Времена служанки Марты и певчего Кирилла Разумовского ушли в прошлое... Да и сама семейная жизнь, сам быт царской семьи уходит на второй плангстановится незаметным.
На виду у всех — облаченная в застегнутый мундир фигура им-ператора, носителя верховной власти, человека, гораздо менее свободного в своих поступках, чем любой из подданных...
Известно, что детские годы Александра II проходили вполне спокойно и счастливо. Никаких раздоров не было в семье, отец, тогда еще и не думавший об императорском титуле, по вечерам часто появлялся в детской, обучая сына игре в оловянных солдатиков.
— Бросайте жребий... — объявлял он детям. — У кого мне сегодня быть начальником штаба?
И далее начиналась игра.
Из ящиков доставались солдатики, пушки, палатки и прочие принадлежности лагерной и боевой жизни. Все это раскладывалось на столе, и здесь, на столе, по всем правилам полководческого искусства, проводились маневры, разыгрывались сражения.
Понятно, что для Александра II польза от этих совместных с отцом игр была не столько даже практическая, сколько нравственная. Впервые в истории русской императорской семьи отец уделял так много времени воспитанию сына.
Еще в 1818 году в стихах на рождение Александра В.К. Жуков-ский пророчески воскликнул:
Да встретит он обильный честью век, Да славного участник славный будет, Да на чреде высокой не забудет Святейшего из званий человек!
|
