Петр и Екатерина
После смерти императора Петра II, загубленного корыстными и тщеславными «птенцами гнезда Петрова», Россия вступила в эпоху бироновщины...
Рассчитывая ограничить установленное Петром I самодержавие, «верховники» перенесли тогда русский престол из нарышкин¬ской (петровской) ветви семьи Романовых в милославскую (ивановскую)ветвь„.
Жестка и неумолима логика истории...
Петр I, уничтоживший своего русского сына Алексея только для того, чтобы он не отнял престол у полунемца-«шишечки» (царевич Петр Петрович был сыном Петра I и Екатерины) руками своих сподвижников сумел-таки уничтожить и внука, и в результате — только через двенадцать лет дворцовый переворот 1741 года, устроенный его дочерью Елизаветой Петровной, вернул власть в руки потомков Петра
И, кажется, в 1761 году, когда на престол взошел второй внук Петра I — Петр III, и должны были исполниться мечтания великого преобразователя России, ведь этот его родной внук имел все¬го четверть русской крови... О таком наследнике и мечтал Петр I, такому наследнику и готов был передать после себя трон.
Но нет... Правление Петра III оказалось злой насмешкой над замыслами первого русското императора.
Мы уже говорили, что Екатерина II, создавая НУЖНЫЙ ей образ Петра III, не стесняет себя на страницах «Собственноручных записок» ни справедливостью, ни стыдливостью.
И это странно...
Ведь Екатерине не нужно было преувеличивать неразвитость супруга — он, действительно, был не достаточно для наследника русского престола образован. И умом не блистал внук Петра I...
И все это Екатерина II не обходит своим вниманием.
Мелочно подмечает она все промахи супруга... Не пропускает ни одного случая, чтобы подчеркнуть свое превосходство над ним...
Но этого мало ей.
Она еще пытается доказать, что у Петра имеются серьезные отклонения в психике. «Записки» Екатерины изобилуют сценами,рисующими детское хвастовство великого князя, его игру в куклы в супружеской достели, его переходящую в садизм жестокость... Однако Екатерина слишком умна и талантлива, чтобы превратить «Собственноручные записки» в сплошную ложь. Порою, сквозь гротеск и карикатуру в них проступает подлинное лицо Петра III, пусть/и небольшого и по уму, и по дарованиям, но тем не менее очень цельного, и, по-своему, Порядочного человека.
«Я воспользовалась однажды удобным случаем,— пишет Екаг
терина II, — чтобы сказать великому князю, что Так как он находит ведение дел Голштинии таким скучным и считает это для себя бременем, а между тем должен был бы смотреть на это как на образец того, что ему придется со временем делать, когда Российская империя достанется ему в удел, я думаю, что он должен смотреть на этот момент, как на тяжесть, еще более ужасную; на это он мне снова повторил то, что говорил много раз, а именно, что он чувствует, что не рожден для России; что ни он не подходит вовсе для.
русских, ни русские для него и что он убежден, что погибнет в
России».
