Иногда целыми днями будущий император расставлял на столах солдатиков.
Вдоль столов были прибиты медные решеточки с трещотками. Стоило дернуть за шнурок, г- и раздавался звук, похожий на беглый ружейный огонь.
Часами мог забавляться великий князь стрельбою игрушечных солдат...
И каждый вечер производил «развод патрулей », являясь к столам с игрушками в генеральском мундире, в ботфортах со шпорами. В мундирах должны были присутствовать, на разводе патрулей и лакеи.
Екатерина описывает его забавы с плохо скрываемым раздражением и это понятно. Великий князь мог забавляться солдатиками в ожидании, когда освободится трон.
Что произойдет тогда, Екатерина знала слишком твердо.
Ей предстояло тогда возвращение к матери или кое-что похуже этого...
Впрочем, об этом можно было пока не думать. Беда могла произойти намного раньше...
Страницы, посвященные событиям 1750 года, едва ли не самые драматичные в «Собственноручных записях» Екатерины II.
Год этот начинался новым развлечением великого князя — его романом с дочерью герцога Эрнста Иоганна Бирона. Он был осо-бенно мучителен для Екатерины, поскольку совершался на её глазах, и особенно унизителен, потому что новая возлюбленная Петра Федоровича была горбуньей...
Еще более раздражало Екатерину, что на этот унизительный для нее роман великого князя тратилось последнее время, отпущен-: ное ей для упрочения ее положения в Российской империи.
Уже четыре с половиной года длился ее брак с Петром Федо-ровичем и императрица Елизавета Петровна изволили гневаться. Тогда и была назначена проверка. Как она должна была протекать, точно неизвестно, но из Собственноручных записей» видно, что проверять бездетных супругов собирались всерьез.
Глава шестая ВЫБОР НАСЛЕДНИКА ПРЕСТОЛА
Вчитываясь в «Собственноручные записки», постепенно начинаешь понимать, как удается Екатерине II совместить подкупающую искренность повествования с созданием довольно тенденциозного портрета Петра III. -
Секрет прост.
Жестокость отношения мужа к себе Екатерина распространяет на его отношения к другим. Нелепость положения, в которое он ее поставил, — на положение всех окружающих Петра Федоровича людей.
Она, чтобы как-то облегчить давящую ее тяжесть, сама того не осознавая, очень зорко подмечает все нелепые и жестокие поступки великого князя по отношению к другим.
Отсюда и обилие компромата на императора Петра III, и пол-нейшая искренность Екатерины II, и как бы даже и беспристраст-ность ее.
«Став супругою великого князя на 16-м году возраста, — пишет французский атташе в Петербурге Клод-Карломан Рюльер, — она уже чувствовала, что будет управлять владениями своего мужа.
|
