Через два дня Авель написал митрополиту Амвросию: «Я, нижайший монах Авель, обошел все страны и пустыни, был и в царских палатах, и в великолепных чертогах и видел в них дивная и пре-дивная, а наипаче видел и обрел в пустынных местах велики» и тай-ныя и всему роду полезная; того ради, ваше высокопреосвященство, желаю я с вами видеться и духовно с вами поговорить и оныя пустынный тайны вам показать. Прошу ваших святых молитв ».
Уже на следующий день, 29 мая, митрополит Петербургский принимает Авеля, беседует с ним и в тот же День сообщает письменно Обольянинову: «Монах Авель по записке своей, в монастыре им написанной; открыл мне. Оное в открытие, им самим написанное, на рассмотрение ваше при сем прилагаю. Из разговора же я ничего достойного внимания не нашел, кроме открывающегося в нем помешательства в уме, ханжества и рассказов о Своих тайно-видениях, от которых пустынники даже в страх приходят. Впрочем, Бог весть».
Как и предсказывал Авель, император Павел закончил свой земной путь 11 марта 1801 года, а на престол взошел его убийца — император Александр I.
Он приказал послать Авеля в Соловецкий монастырь.
Здесь была составлена третья «зело престрашная книга », в которой рассказывалось о взятии Москвы французами и сожжении Москвы. Как только исполнилось и это предсказание, 1 июля 1813 год'. Авель был выпущен из Соловецкого монастыря, и поселился в Троице-Сергиевой лавре, жил он тихо, разговаривать не любил. К нему повадились было ездить московские барыни, донимавшие ля вопросами о Дочерях да женихах, но Авель отвечал, что он провидец.
Если бы арестантам, подобно генералам, выдавали эполеты с
вензелями императоров, при которых довелось им сидеть.
не хватило бы и места на таких эполетах.
Он сидел при Екатерине II, при Павле, при Александре I.
Вот и при Николае I ему не удалось никуда сбежать, его изловили и заточили по приказу нового императора в Спасо-Евфимьевском монастыре в Суздале.
При Николае I и скончался он в тесной арестантской камеру 29 ноября 1841 года, унося в могилу самую свою «зело престращную книгу » судеб русских императоров...
Святитель Филарет (Дроздов), митрополит Московский и Коломенский, живший в одни годы с монахом Авелем, «зело престрашных книг» предсказаний не составлял, но будущее было открыто ему едва ли не яснее, чем Авелю.
Когда граф Николай Александрович Протасов, назначенный Николаем I в 1835 году обер-прокурором Святейшего Синода, преобразовал его в министерство с подчиненными лично ему департаментами, и тем самым освободил архиереев от бремени руководства, как он издевательски выражался, Русской православной церковью, митрополит Филарет написал Николаю I письмо...
«Государь! Св. Церковь не есть человеческое учреждение, это есть Царствие Бржие земле, Царство вечной Истины и Добродетели, основанное Сыном Божиим—. Ставить в видимом средоточии Церкви человека, епископской хиротонией не уполномоченного к тому Божественной Главой Церкви — что это значит, как не заменять Божественный Дух и Жизнь греховным человеческим элементом, не могущим ничего сообщить, ни распространить вокруг себя, кроме гниения ума и омертвения сердца?
Государь, всмотритесь, против кого направлена введенная Про-тасовым администрация Церкви? Ни Вы, ни Ваш родитель, без со-мнения никогда не желали и не желаете такого страшного извращения Царства Божия в Вашем государстве. Но оно совершается пред очами Вашими и нашими!
Государь! И вы, и мы принадлежим к этому Царству, и Вы, и мы должны слушать Господа нашего Иисуса Христа, Царя и Правите¬ля сего Царства. Господь завещал сие Царство Апостолам и пре¬емникам их (Ак. 22,29). Зная это, никто, кроме одних отступников никогда не дерзал возлагать своих рук на Достояние Божие. Россия также всегда твердо держалась порядка, утвержденного Иисусом Христом и существовавшего в Церкви с времен Апостольских. Митрополиты и епископы пасли в ней Церковь. В конце XVI столетия митрополит наименован был Патриархом. Имя переменилось, но благодать в управлении Церковью оставалась так же не-разлучною, как и прежде, ибо это было епископское лицо; посредством Таинства хиротонии сделавшееся органом Духа Святого в действовании на Церковь»...
Как отмечает публикатор этого письма С. Шевченко, в черновых набросках вслед за этими словами шло пророческое предостережение о судьбе царского престола в России: «Что ж, Вам удалось поставить на колени Российскую Православную Церковь. Но помните, следующая очередь Вашего престола ».
|
