| Проза Бомарше очень умна. Ум бывает положительный, строгий, ведущий вас к цели прямым, но трудным, ухабистым путем. Вы, конечно, благодарны за мысли, но хотели бы, чтобы путь к ним был менее тернист. Ум Бомарше — веселый бесенок, который потешается над вами, теребит вас, тормошит, вертит из стороны в сторону, дразнит то одной мыслью, то другой. Вам нравится эта игра. Вы не перестаете радоваться, как ребенок каждому новому открытию.
«Если дружба снисходительна, то уважение взыскательно»,— бросает мимоходом Бомарше.— Постойте, постойте! — кричите вы ему вслед.— Как вы сказали? Ведь это же замечательная мысль! Как это верно! — Но он не ждет, он уже увлечен другим. Говоря о ком-то из своих противников, так же легко, играючи, бросает другую мысль: «На параде любуются мишурным блес¬ком оружия, а в сражении ценится лишь качество закалки». Кто-то указал на его недостатки, Бомарше принимает критику, но как! Дай бог, чтобы все могли так парировать удары. «Глаз, охватывающий все, не видит самого себя, а я стою слишком близко к себе, чтобы заметить свои промахи,— но берегитесь, как бы вы не оказались чересчур далеко, чтобы правильно о них судить».
Иногда ум его запрятан в тончайшую иронию. Думается, вы простили бы своему противнику такую иронию над вами только потому, что уж очень хорошо она подана. «Поздравляю вас с тем, что вы удостоились собственного уважения, сие удовольст¬вие не будет омрачено ничьим соперничеством».
Таковы «Мемуары» Бомарше. Их художественные достоинст¬ва оценили лучшие писатели Франции. «Никогда ничто не про¬изводило на^ меня более сильного впечатления; нет комедии более смешной, трагедии более трогательной, истории, лучше рассказанной, и нет более ясного изложения запутанного де¬ла»,— писал Вольтер.
Успех «Мемуаров» Бомарше свидетельствовал, кроме того, о растущей силе общественного мнения, с которым не в силах было
справиться абсолютистское правительство Франции. «Мемуа-ры» были публично сожжены по решению суда, как содержащие «дерзкие выражения и обвинения, скандальные и оскорбитель¬ные по отношению ко всей магистратуре в делом». Бомарше бы¬ло передано вежливо, но довольно категорично, что король не желает видеть в печати ничего, подобного его «Мемуарам». Од¬нако суд должен был сам признать свое поражение. Гёзман был отстранен от должности и покинул Париж. Впоследствии, в годы революции, он был- казнен «как враг отечества и народа». Жене его было предписано уплатить штраф. Бомарше всюду встречали горячими и шумными аплодисментами. «Что за человек! — писал Вольтер д'Аламберу.— Он сочетал в себе все: шутку и серьезное, ум и веселость, фарс и трогательное,— словом, все виды красно-речия».
Поборники нерушимости феодального режима, напротив то-го, подняли шум по поводу «непристойностей» «Мемуаров», не¬уважительного отношения их автора к королевским учрежде-ниям. С такими же обвинениями они выступали и впоследствии по поводу его знаменитых пьес, в которых остроумный Фигаро подвергает осмеянию феодальную Францию. «Острую полеми-ку Вольтера, Бомарше, Поля Луи Курье называли «грубостями шутовской полемики» их противники.., что не помешало этим «грубостям» быть признанными ныне выдающимися и образцо-выми произведениями литературы»1,— писал Ф. Энгельс.
Бомарше — оптимист. Он жизнелюбив и энергичен. Задор-ная, по-мальчишески озорная шутливость — отличительная черта его таланта. В царство смеха звал его талант.
Комедийный театр Бомарше. Самым крупным предшествен¬ником Бомарше в истории французской комедии был Мольер. Бомарше не уступает своему великому соотечественнику в ко¬медийном искусстве. Но комедия его уже иная. Это и понятно. И время иное, да и в самом театральном мире произошли из¬менения. Уже в начале XVIII в. было заметно, что французская комедия уклонилась от того пути, по которому шел создатель «Тартюфа».
Комедия Мольера философична. Она ставит на обсуждение серьезные проблемы жизни общества, она разоблачает «поро¬ки века». Мольер поднимает своего зрителя на высоту государ-ственного мышления. В первой половине XVIII столетия Ма-риво, интересный и своеобразный автор, уводит комедию в ин-тимный мир сердца. Его мало интересуют философские или политические вопросы. Любовь — вот главная его тема. Тема любви намечена у Мольера (напомним великолепную сцену ссоры и примирения Марианы и Валера в комедии «Тартюф»), но там она на втором плане. Здесь же, у Мариво, она домини-рует над всем. Перипетии лю,бви, размолвки и примирения,
препятствия и преодоление их — сколько здесь возможностей для лукавого драматурга, веселого и благосклонного к своим влюбленным! Мариво ушел в непритязательный театр «Италь-янской комедии». Там ему вольготнее работалось.
Бомарше вернулся к Мольеру, но обогащенный открытиями Мариво. В театре снова зазвучала политическая и философская тема, но комедия уже освободилась от рационалистической строгости, прямолинейности и нетерпимости к второстепенным деталям. Под пером Бомарше она, пожалуй, стала несколько беспорядочной, хаотичной, но вместе с тем феерической, празд¬ничной, и, что, пожалуй, наиболее существенно,— ее сцениче¬ские персонажи теперь уже не только олицетворение идей («У Мольера Скупой скуп и только»,— как писал Пушкин). Комедия Бомарше легкая, изящная, как бы порхающая. Влюбленные — на первом плане, но живут они в атмосфере политики. Каждое слово, каждый их жест — все знак времени, и зритель, следя за ними, сам того не сознавая, все время прикован к политическим идеалам автора, а эти идеалы — свобода и равенство, т. е. как раз то, за что ратовали все просветители. |
