| «Если ты стратиг и тебе вверено войско (стратигом я называю того, кто защищает и возглавляет военный лагерь), то дни и ночи бодрствуй и стремись к тому, чтобы поставить трофей против иноплеменников. Если ты находишься в неприятельской стране, то держи при себе многих верных и ловких лазутчиков, тех, кого, как мы знаем, называют хозарами. От них ведь должен ты узнавать о силе врага и его хитрости. Нести службу без лазутчи¬ков невозможно. Если кто и станет действовать без них, то действия его будут недостаточны и неподготовлены. Лазутчики твои пусть будут незна¬комы друг с другом. Ведь кого-нибудь из них могут схватить, и он может выдать остальных».
Дадим же теперь слово не европейским авторам. Придворный историк сул¬танов Саад-эд-Дин (вторая половина XVI в.) написал хронику династии Осма¬нов с 1299 года, пользуясь сочинениями предшествовавших ему авторов. Пе¬реводчик пишет: «По своей направленности его хроника тенденциозна и ис¬полнена идеи восхваления подвигов турок, однако фактическая сторона собы¬тий передана правильно». Посмотрим, как автор XVI века рассказывает о со¬бытиях XV века (линия № 7), о взятии Константинополя турками:
«Когда весна была уже на исходе, султан Мехмед, видя, что все гото¬во и что все войска уже собраны, отправился... в поход, приказав одновре¬менно везти на особых телегах огромные пушки, которые он велел изгото¬вить для того, чтобы разрушить стены и башни (Константинополя). Перед тем как отправиться в поход, он произвел генеральный смотр своей ар¬мии... Утром султан прибыл на место, и вся армия приблизилась и заняла позиции перед стенами со стороны суши, приведя в великое изумление осаж¬денных, которые пришли в страх при виде этого войска, даже несмотря на то, что (византийский) император, предупрежденный о решении султана, приказал укрепить все слабые места города, через которые было бы легче начать нападение, и сам он был исполнен твердой решимости защищаться до конца.
Прежде чем султан начал осаду, император послал ему предложение взять себе все города и их окрестности вне Стамбула, но оставить ему, императору, город, за что император будет платить султану ежегодную дань. Но султан, не внимая этим предложениям, ответил, что сабля и его религия неразлучны, и потребовал, чтобы император сдал ему город. По¬лучив (этот) отказ, император установил на башнях и стенах артиллерию, воинов, вооруженных мушкетами и большими запасами смолы.
К концу первого дня до наступления ночи султан приказал установить в нужных местах батареи и начал подступ к городу при помощи янычар, а как только пушки были установлены, он приказал подвергнуть стены силь¬ному обстрелу, не говоря уже о непрерывном граде стрел и камней, броса¬емых метательными машинами, которые подобно дождю засыпали город. Осажденные в свою очередь производили непрерывные залпы из мушке¬тов и пушек, заряженных каменными ядрами*, которыми они причиняли большие страдания многим мусульманам, оросившим своей кровью зем¬лю. В это время прибыли два больших корабля, посланные на помощь императору франками, и высадили значительное подкрепление, которое быстро проникло в город. Затем, так как мусульмане принуждены были удалиться от стен вследствие сильных вылазок неприятеля, осажденные стали громко кричать со стен и насмехаться над ними самым оскорбитель¬ным образом... И вот султан, собрав начальников, сказал, что для того, чтобы воспрепятствовать неприятелю делать вылазки, нужно вырыть в ка¬честве прикрытия глубокий ров; это позволит укрыться от нападений не¬приятеля и, во-вторых, не даст возможности неприятелю прорваться и уйти. Так как город окружен стенами с трех сторон, то осаждать его с суши — пропащее время. Приходилось изыскивать средства для атаки его с моря. Это было трудное предприятие, потому что гавань между Галатой и Стам¬булом была так прочно защищена цепью, что через нее нельзя было пройти ни одному судну.
Как ни умны были начальники, они не могли придумать средства для преодоления этого препятствия. Тогда султану пришла в голову мысль перетащить галеры по земле от нового замка, что позади Галаты, к край-ней части гавани и таким путем напасть на город со стороны моря, подвер¬гнув его пушечному обстрелу. Византийцы были уверены, что это един¬ственное место, через которое мусульмане не смогут напасть на них. Одна¬ко предприятие, задуманное султаном, удалось благодаря ловкости опыт¬ных инженеров, которые при помощи невероятных усилий сумели перета¬щить галеры через горы. Когда галеры были переправлены, ими восполь¬зовались для того, чтобы устроить мост, и этот мост стал путем для нападе¬ния со стороны гавани и для крепкого охвата осажденных и с этой сторо¬ны. Император оказался в большом затруднении, будучи принужден раз¬делять свои силы, для того чтобы противодействовать натиску с новой стороны. Он поставил франков защищать ворота Едрирех, а со стороны гавани поставил заслон из своих войск, очень недовольных, что им пред¬почли франков. Это внесло ссору между защитниками, а в султана вселило надежду на счастливый исход великих усилий. |
