Целый год правила Анна Леопольдовна, и целый год боялась ,пока 25 ноября 1741-года не вошла посреди ночи BE ее спаль-Ю цесаревна Елизавета Петровна и не разбудила ее.
—Племяшечка! — ласково сказала она проснувшейся Анне
Леопольдовне. — Пора вставать!
В ту ночь Брауншвейгская фамилия была арестована... Младенца Иоанна Антоновича Елизавета Петровна увезла в
свой дворец.
Никто не спал в ту ночь в Петербурге.
Народ толпами бежал за санями Елизаветы Петровны и кричал «Ура!».
Проснувшийся от криков ребенок развеселился. Он подпрыги-, вал на коленях новой императрицы и махал ручонками.
— Бедняжка... — погладив его по головке, сказала дщерь Петрову.— Ты не знаешь, глупенький, отчего кричит народ. Народ радуется, что ты лишился короны.
И поцеловала ребенка в лобик.
Как покойника...
Ему было шесть лет, когда умерла мать. В шестнадцать лет его перевезли в Шлиссельбург и окованные железом двери каземата захлопнулись за ним навсегда.
20 июля 1759 года Овцын докладывал Шувалову: «Доношу вашему высокографскому сиятельству, лекарь был и арестанта видел. Когда лекарь к нему вошел, он весьма оробел, и пока лекарь здесь был, он был смирен и с лекарем говорил весьма порядочно, а как лекарь отъехал, то опять беспокойствовать начал и был в великой амбиции, а особливо против меня. А сего числа по полудни в 6-м часу, когда ему воду на чай подали, он требовал, чтоб ему в чашку наливали, а когда в чашку воду наливать не стали, то он закричал: «Пошлите мне сквернаго своего командира!»
Когда ж я к нему вошел и спросил кого он спрашивал, он стал меня бранить всякими сквернословиями; я закричал, чтоб он не беспокойствовал, на что он закричал: Смеешь ли тына меня кричать? Я здешней империи принц и государь ваш!> Я ему сказал, чтоб он такой пустой бредни не врал, а ежели спокоен не станет врать, то будет крепче содёржан и его бить станут»;
Литая этот весьма недоброжелательный по отношению к узни¬ку доклад, нетрудно заметить, что, называя себя императором, Иван Антонович отнюдь не бредил, как считает Овцын. Крики его, брань и попытки ударить тюремщиков тоже можно объяснить, не объявляя его безумным. Странно было бы ожидать, что законный-русский император, осужденный на пожизненное заключение неиконными захватчиками престола, будет с радостью переносить заточение.
Тем не менее, хотя никаких прямых свидетельств безумности ни недоразвитости Иоанна Антоновича нет, в нашей истории он Иприори записан в сумасшедшие.
Чтобы оправдать незаконный захват трона «дщерью Петровой » возвращение трона в петровскую (нарышкинскую) ветвь динас-пи Романовых, и сам царь Иван Алексеевич, и все его потомство, МУТЬ до несчастного Иоанна Антоновича, объявлялось умственно- неполноценным.
Говорилось, что достаточно взглянуть на силуэты этих несчастных, чтобы по профилям, по неправильной форме их голов дога-рться о врожденном слабоумии.
Воистину, чахлые, ядовитые плоды засохшей милославской гви...
Насколько выгодно отличались плоды нарышкинской ветви, мы дадим, когда будем говорить об императоре Петре III, являвшимся прямым внуком Петра I, но традиционная история подобных составлений, разумеется, избегает...
Чего же при таком подходе оставалось ждать от историков несчастному русскому императору Ивану Антоновичу?
В мраке заточения, терзаемый насмешками тюремщиков, вла-
свое существование этот юноша, вся вина которого состояла
вко в том, что он был совершенно законным русским импера-
ам, пока во время безумной попытки поручика Мйровича
эбодить государя не вонзится — согласно инструкции, составной немкой Екатериной Великой! — в сердце императора штык
мгаика. Печальная судьба...
1 российского престола в послепетровские десятилетия...
тррлунемец император Петр II прожил всего четырнадцать лет.
*с император Иван Антонович (на три четверти немец) — двадцать, но двадцать три из них — в тюрьме.
ующего императора^ Петра III (тоже на три четверти нем-кбил любовник жены-немки. императора Павла (почти чистый немец?) задушил посланный (чистокровным немцем?), убийца*...
|
