Многие исследователи отмечали, что предприятие князя Голицына имело своим примером избрание на шведский престол сестры Карла XII Ульрики Элеоноры. Шведским аристократам удалось Добиться тогда ограничения самодержавной власти-
«При избрании Анны Голицын помнил и мог принимать в соображение случившееся с Ульрикой Элеонорой: удалось там — почему не удастся здесь? — спрашивал В.О. Ключевский. Шведские события давали только одобрительный пример, шведские акты учреждения — готовые образцы и формулы»!..
Это риторический вопрос... Там — это там, а здесь — это здесь...
Петру I казалось, что он строит европейское общество, а стро¬илась восточная рабовладельческая империя...
Воспитанным Петром I «верховникам» чудилось, что они ввог , дят конституцию, что собирались ввести на самом деле, не знает шикто...
Шляхтичам-конституционалистам казалось, что они борются с засильем олигархов, но на самом деле итогом совместных, хотя и направленных друг против друга, действий стало призвание Биро-на.
Бироновщина стала итогом первой русской конституционной
Попытки
г Но могли ли как-то завершиться эти конституционные споры? ' Часто высказывается мнение, что, несмотря на свои недостатки -конституция Д.М. Голицына все равно ввела бы Россию в принципиально другую (европейскую) ситуацию.
Это сомнительно, нь даже если бы и случилось так;ещеУве> извесТно, чем бы обернулась для России подобная ситуация...
«Аристокрация, - писал А'.С. Пушкин,—послё его Петра!— Н.К.) неоднократно замьииляла ограничить самодержавие; к счастию, хитрость государей торжествовала над честолюбием вельмож, и образ правления остался неприкосновенным. Это спасло нас от чудовищного феодализма, и существование народа не отделилось вечною чертою от существования дворян ».
А.С, Пушкин, безусловно, прав, И причина тут в том, что хотя Петр I и декларировал, что проводит свои реформы ради величия Российской империи, но обеспечивались эти реформы отношением к титульному народу, как к расходному материалу.
«Трусость и похлебство» дворянства, несущее на себе родовые грехи петровских реформ, проявилась в февральские дни вполне отчетливо. Это ведь рабское нежелание заботиться о своем будущем и подтолкнуло «шляхетство поставить последнюю точку в истории с первой русской конституцией.
За эту покорность и благодарила Анна Иоанновна гвардейских офицеров на званном обеде. Да и как было не благодарить, если эти преданные рабы помогли е.й посадить во главе Российской импе¬рии любезного ее сердцу Бирона.
Как с верными холуями, обращался с дворянством и Бирон. «С первых же минут своей власти в России, — пишет С.Ф. Платонов, — Бирон принялся за взыскание недоимок с народа путем самым безжалостным, разоряя народ, устанавливая невозможную круговую поруку в платеже между крестьянами-плательщиками, их владельцами-помещиками и местной администрацией. Все классы общества платились и благосостоянием, и личной свободой: крестьяне за недоимку лишались имущества» помещики сидели в тюрьмах за бедность их крестьян, областная администрация подвергалась позорным наказаниям за неисправное поступление податей ». В.О. Ключевский рассказывает, что однажды польский посол выразил в беседе с секретарем французского посольства озабоченность, как бы русский народ не сделал с немцами того же, что он сделал с поляками при Лжедмитрии.
— Не беспокойтесь! — успокоил его Маньян. — Тогда в России не было гвардии.
При Лжедмитрии в России не было гвардии, и это и спасло Россию.
К этому суждению нельзя отнестись просто, как к занимательному анекдоту. Остроумно и точно уловил секретарь французского посольства момент перехода русской гвардии в денационализированное состояние, когда она начинает жить не для страны, а сама для себя, подчиняя себе Россию.
Конституционная попытка 1730 года обернулась бироновщиной. Конституционные реформы 1917 года — правлением Ленина и рцкого.
Конституционные поиски 1990 года — ельцинщиной. Да это неслучайно... Виною и этому тоже — Петр... Вернее, обо-гвление его, то некритическое отношение к его свершениям, было установлено в России его преемниками.
И если мы действительно желаем для своей страны добра, токны» отбросив привычные стеоретипы исторических симпатий втипатий, без злобы и раздражения, осознать этот простой и ясный факт. |
