Белинский: «Посмотрите, сколько нравственных оттенков в человеческой натуре: у одного ум едва заметен из-за сердца
12.03.2011, 19:43
Белинский: «Посмотрите, сколько нравственных оттенков в человеческой натуре: у одного ум едва заметен из-за сердца; а у другого сердце как будто поместилось в мозгу; этот страшно умен и способен на дело, да ничего сделать не может, потому что нет у него воли; а у того страшная воля да слабая голова, и из его деятельности выходит или вздор, или зло. Перечесть этих оттенков так же невозможно, как перечесть различия физиономий: сколько людей, столько и лиц, и двух, совершенно схожих, найти еще невозможнее, нежели найти два древесных листка, совершен¬но схожих между собою...»
Гоголь: «У всякого есть свой задор: у одного задор обратился на борзых собак; другому кажется, что он сильный любитель музыки и удивительно чувствует все глубокие места в ней; третий мастер лихо пообедать; четвертый сыграть роль хоть одним вершком повыше той, которая ему назначена; пятый, с желанием более ограниченным, спит и грезит о том, как бы пройтиться на гуляньи с флигель-адъютантом, напоказ своим приятелям, знакомым и даже незнакомым; шестой уже одарен такою рукою, которая чувствует желание сверхъестественное заломить угол какому-нибудь бубновому тузу или двойке, тогда как рука седьмого так и лезет произвести где-нибудь порядок, подобраться поближе к личности станционного смотрителя или ямщиков,— словом, у всякого есть свое...»
Лермонтов устами Арбенина:
У одного богатство есть в предмете,
Другой в науки погружен.
Тот добивается чинов, крестов — иль славы.
Тот любит общество, забавы.
Тот странствует, тому игра волнует кровь...16
Горький: «Мы знаем, что люди — разнообразны: этот — болтлив, тот — лаконичен, этот — назойлив и самовлюблен, тот — застенчив и не уверен в себе; литератор живет как бы в центре хоровода скупцов, пошляков, энтузиастов, честолюбцев, мечтателей, весельчаков и угрюмых, трудолюбивых и лентяев, добродушных, озлобленных, равнодушных ко всему и т. д.». 17
К. С. Станиславский: «Нет на земле человека, который бы не
обладал ему одному присущей характерностью, точно так же как
': нет на земле двух людей, похожих друг на друга как две капли
Уводы. Даже совершенно безличный человек характерен своей
полной безличностью». 18
Белинский воздает должное Бальзаку: «Как много написал этот ?человек, и, несмотря на то, есть ли в его повестях хотя один характер, хотя одно лицо, которое бы сколько-нибудь походило нз другое?» И дальше он восклицает: «О, какое непостижимое искусство обрисовывать характеры Со всеми оттенками их индивидуальности!» Этим «непостижимым искусством» в полной мере "владеют великие русские писатели.
В литературных произведениях вариантность персонажей мы 'найдем всегда, и чем характеры более дифференцированы (а с этим связана глубина раскрытия психологии персонажей, усиливающая эстетическое воздействие произведения на читателя, «а зрителя), тем выше художественное мастерство писателя. В этом плане особое значение приобретает совет, который дал Энгельс Лассалю в письме от 18 мая 1859 г.: «...идейному Содержанию драмы не повредило бы, по моему мнению, если 5бы отдельные характеры были несколько резче разграничены и острее противопоставлены друг другу».20
; Совет Энгельса мы рассматриваем как обязательный идейно-"эстетический критерий, которым должен руководствоваться не только писатель, но и читатель художественной литературы. Общее соображение о необходимости использовать вариантность персонажей выдвинул Леонардо да Винчи: «В исторических сюжетах должны быть люди различного сложения, возраста, цвета тела, поз... и столь же различны должны быть одежды, цвета и все, что требуется в этом сюжете. Самый большой грех живописца — это делать лица похожими друг на друга; повторение поз — большой порок».
■ Когда писатель как бы «единым оком» охватывает изображаемую действительность и показывает ее нам, мы видим вариантность во всем — различны люди, ситуации, переживания:
Начинается всюду работа;
Из «Тихого Дона» Шолохова: «В каждом дворе, обнесен¬ном плетнями, под каждой крышей каждого куреня коловертью кружилась своя, обособленная от остальных, горько-сладкая жизнь: дед Грищака, простыв, страдал зубами; Сергей Платонович, перетирая в ладонях раздвоенную бороду, наедине С собой плакал и скрипел зубами, раздавленный позором; Степан вынянчивал в душе ненависть к Гришке и по ночам во сне скреб железными пальцами лоскутное одеяло; Наталья, убегая в сарай, Падала на кизяки, тряслась, сжимаясь в комок, оплакивая заплеванное свое счастье; Христоню, пропившего на ярмарке телушку, мучила совесть; томимый ненасытным предчувствием и вернувшейся болью, вздыхал Гришка; Аксинья, лаская мужа, елезами Заливала негзснущую к нему ненависть».
Перейдем теперь к выявлению вариантности характеров персонажей в связи с ситуацией. Ситуация и здесь играет свою роль — роль провоцирующего фактора.
«В истинно художественном произведении,— пишет Белинский,— все образы новы, оригинальны, ни один не повторяет Другого, но каждый живет своею особною жизнию». 24 «Особная» жизнь каждого персонажа делает его реакцию (на ту или иную ситуацию) сугубо индивидуальной.
